Книга Бескрайний архипелаг. Книга IV, страница 26 – Артем Сластин, Эльнар Зайнетдинов

— Где же выход? — взревел Ваян. — Три тысячи против ста пятидесяти тысяч? Вы что, невежды, математику плохо учили в школе?

Животворец закончил говорить, заставив присутствующих крепко задуматься. Один член совета медленно потер лоб, другой уткнулся в стол, третий замер с поднятой рукой, будто забыв, что хотел сказать.

Цифры не врали. Что самое печальное, нам неизвестны планы врага. Возможно, они постараются отомстить за потерю шестой флотилии и в скором времени соберут мощный ударный кулак для захвата Новой Земли. Либо же наоборот — обратят внимание на тех, кто не умеет кусаться, и начнут со слабых. Поработят их и заставят работать на себя, тем самым увеличивая свою мощь, чтобы в нужный момент добраться и до нас.

Сорок против одного. Сорок жужжерианцев на каждого землянина. Я провёл рукой по лицу, стирая пот. В прямом бою мы — мясо. Да, наши парни смелые, находчивые, но против такой массы? Это не героизм, это самоубийство.

Каждый из присутствующих понимал, что выборов у нас немного. Либо мы сматываемся с острова, либо становимся для него удобрением, если не придумаем новое, третье решение.

Часть Горожан уже начала кивать в сторону Ваяна, игнорируя презрительные ухмылки северян.

Холодов поднялся со своего места. Его глаза скользнули по залу, не выражая никаких эмоций.

— Что ж, тогда будем голосовать. Только давайте побыстрее, чтобы покончить с этой жалкой идеей.

Что же он задумал? У Северян меньшинство в совете, но Холодов не дурак. Знает, что если Горожане свалят, то шахта достанется им. Осколки, власть, территория — всё в одних руках. Правда, неизвестно, как долго продержится рудник под их контролем, когда население упадёт до трети.

— Прошу поднять руки тех, кто считает, что земляне должны покинуть остров, — высказался Бенджамин. — Кто голосует за… эвакуацию.

Последнее слово он произнёс с трудом. Эвакуация. Красивое название для бегства. Но иногда бегство — единственный способ остаться в живых достаточно долго, чтобы когда-нибудь вернуться и свести счёты.

Ваян рванул кулак вверх, словно выхватывал меч из ножен.

Несколько мгновений тишины.

Затем двое командиров Горожан медленно, словно поднимая груз в сто килограммов, показали дрожащие ладони. Я видел их лица — бледные, с блуждающим взглядом. Они не верили в свой выбор, но страх смерти оказался сильнее.

Больше никто не шевельнулся.

Даже если бы мы с Такеши подняли руки — голосов всё равно не хватило бы. Но я и не собирался. Чёрт возьми, выжить хотелось до дрожи в коленках, но что-то внутри кричало: должен быть другой путь! Сбежать — значит потерять всё. Ресурсы, территорию, будущее. Мы либо развернём крылья и покажем этим тварям, кто здесь хозяин, либо сдохнем. Но умрём на своей земле. В обороне мы сильнее. Чего только стоит понижение характеристик врага, вторгнувшегося во фракционные владения.

— Голосование окончено, — Бенджамин хлопнул ладонью по столу.

И тут случилось что-то невероятное.

Все трое, поднявшие руки, вдруг забегали глазами, читая невидимые мне строчки. Сообщение от системы.

Один из Ронаров крепко выругался:

— Мать её! Парадигма сняла пять единиц славы за трусость!

Северяне взорвались смехом. Точнее грубым, издевательским хохотом, который резал уши. Холодов довольно откинулся на спинку кресла и сложил ладони за головой.