Книга Первый пользователь. Книга 17, страница 96 – Артем Сластин

Молекула висела в воздухе, переливаясь палитрой холодных цветов, напоминая скорее космическую туманность, запертую в клетку атомных связей, чем химическое соединение. Президент не отрываясь изучал её. Его новое сознание способно было охватить всю невозможность препарата и он видел что должно будет происходить с человеком, принявшим его: как эта молекула будет встраиваться в клетки, как будет переписывать митохондриальную ДНК, как запустит каскад эпигенетических меток, активируя спящие участки генома, которые человечество в своей массе даже не подозревало, что имеет. Катализатор направленной эволюции, ключ, отпирающий клетку, в которую кто-то запер человечество давным давно. И одновременно — тончайший инструмент управления, передаваемый по наследству детям. Поколение за поколением, человечество возвысится.

— Интересно. — Тихо произнёс Вячеслав Вячеславович. Его взгляд скользил по ветвящимся цепочкам, проверяя и перепроверяя препарат на отсутствие недокументированных закладок. В таком моменте нельзя было слепо верить кому-бы то ни было, даже искусственному интеллекту, делом доказавшему, что один из его основных приоритетов — выживание человечества. Но всё было нормально. — А что будет с индивидуальностью? С гениями, бунтарями, теми, кто ломает систему? Не превратим ли мы человечество в послушный, высокоразвитый улей, пусть и обладающий невероятной силой?

— Психологические паттерны не диктуют мысли. — Тут же ответил Андрей Борисович. — Они устанавливают приоритеты выживания. Инстинкт самосохранения вида ставится выше личного эгоизма. Кооперация предпочтительнее бессмысленной конфронтации. Гений, движимый желанием защитить свой дом, в тысячу раз продуктивнее гения, стремящегося лишь к личной власти. Улучшение не подавляет амбиции, а лишь направляет их в конструктивное русло. Бунтарь будет бунтовать против внешних угроз, а не против своих же собратьев из-за ресурсов клочка земли. Это фундамент, на котором можно строить цивилизацию, способную выстоять против любых угроз.

— И ты можешь это синтезировать? — Спросил президент, не отводя взгляда от голограммы.

— Я могу сделать практически всё. Ты, впрочем, теперь тоже. Просто ещё не пробовал.

Президент закрыл глаза на мгновение. Каждое его решение отдавалось эхом в судьбах миллиардов людей. А учитывая перспективы, скорее триллионов разумных в других мирах. Подмена образца, тайная модификация ключевого исследования… Серая мораль, так хорошо изученная за годы правления. Цель оправдывает средства? Нет. Цель делает средства необходимыми. Разница тонка, но для него она была фундаментальна.

— Делай. — Наконец веско уронил он слова. Ни капли колебаний, или тем более сомнений. Только холодная решимость. Человечеству суждено либо возвыситься, либо пасть. Третьего не надо.

Андрей Борисович кивнул.

В лаборатории, Кевин, возвращал контейнер с витроглотом на место. И в этот самый момент, в том же самом сейфе, в среднем ящике, где лежала аккуратно подписанная пробирка с кровью Кевина Хартнета, кровь слегка изменила свой состав. Теперь было необходимо дождаться начала работ и попутно подталкивать учёного к необходимому результату, совершая микроскопические действия, приводящие к созданию так необходимого препарата для улучшения человечества. Впрочем, что президент, что искусственный интеллект в этом весьма поднаторели.