Книга Список Лили Беннетт, страница 113 – Кэтрин Дайсон

Лидия посмотрела на него. Где-то в груди у нее слабо затрепыхалась тревога.

— У тебя еще болит рука? – спросила она и тут же, не успев подумать, добавила: – Ну то есть после…

— Автокатастрофы? – откликнулся Джейк, не дав ей оборвать фразу, как она делала обычно. Лидию словно молотом по голове ударили.

«Елена», – прошелестело в мозгу. Лидию охватило знакомое, привычное ощущение – как будто она уходит под воду. И в то же время нечто в тоне Джейка подсказывало, что он наконец говорит правду, и это осознание дарило уже другое чувство – тихий шепоток радости прорезался через унылый гул скорби. Лидия глубоко вздохнула, но ей все равно не хватало воздуха – точно безжалостные руки из ниоткуда сжимали легкие, мешали дышать.

— Я это честно заслужила, – сказала она, не глядя на него, и хотя грудь по-прежнему сжимало, но в глубине пробивался теплый живой огонек.

— Пожалуй, да, – отозвался он, и, даже не глядя на него, она знала, что он улыбается. Джейк глубоко вздохнул, а когда заговорил снова, голос его звучал неузнаваемо – тихий и отчетливый, с мрачными нотками, на которые она не считала его способным.

— Вышло ужасно глупо. – Он рассмеялся коротко и без тени веселья. – Предстояло большое соревнование, самое важное в году, а может, и во всей моей карьере. Я бы непременно выиграл: я был в самой лучшей форме за всю мою жизнь. – Он поднес руку к лицу, поскреб успевшую проступить щетину. – И за два дня до начала соревнований я врезался в дерево. Сломал руку. На этом вся моя карьера и кончилась – вот так, в один миг.

У Лидии не было слов. Тянущее ощущение горя внутри усилилось, подстегнутое воспоминаниями о той ужасной ночи двадцать лет назад. Перед мысленным взором на долю секунды вспыхнул привычный образ: сестра в момент аварии.

Только на этот раз вместе с Еленой в машине был Джейк – раненый, испуганный. В душе у Лидии все так и перевернулось.

— На самом-то деле мне еще повезло, – продолжил он. – На такой скорости я должен бы был разбиться насмерть.

Лидия втянула в себя воздух. Она, как никто другой, знала, насколько легко это могло бы случиться.

— Что-то мне подсказывает, ты не испытывал особой радости.

— Нет, – согласился Джейк, снова переворачиваясь на спину. – Не испытывал.

Он надолго замолчал. Лидия тоже молчала, в груди вздымалось и опадало море эмоций, захлестывающих друг друга, точно настоящие волны.

Старое притупившееся горе от смерти Елены.

Облегчение, что Джейк избежал этой судьбы, что его семье не пришлось открывать дверь на внезапный стук поздним зимним вечером.

Чувство вины за свою радость – ведь она радовалась, что он уцелел, хотя ее сестра погибла.

Через некоторое время она придвинулась чуть ближе к Джейку, отчаянно мечтая и утешить его, и самой обрести утешение. Она боялась заступать за черту, поэтому просто немного сменила позу, так что ее рука лежала, почти касаясь по всей длине его руки. Почувствовав, как он немного расслабился, она тихонько прислонила голову к его плечу. Джейк глубоко вздохнул – вдох вышел рваным, судорожным, но выдох был уже гораздо ровнее и умиротвореннее.

Снаружи становилось все холоднее, но сквозь тонкую ткань рубашки Джейка Лидия ощущала его тепло, и от этого ей всей становилось теплее – теплее и спокойнее. Она очень, очень давно не испытывала ничего подобного.