Книга Список Лили Беннетт, страница 105 – Кэтрин Дайсон

— Они у него и в самом деле потрясающие, – заметила Лидия между двумя ложками приятно острого куриного жаркого. – Я сперва была настроена скептически, но после первого же торта была вынуждена проглотить свои слова. Главное, не давай ему делать никаких надписей, английское правописание у него хромает на обе ноги.

Мила засмеялась с видимым облегчением. Как и Лидии, ей уже приходилось становиться жертвой многих кулинарных экспериментов пана Митека.

— Кроме того, он их очень редко печет, – продолжила Лидия, – так что можешь чувствовать себя польщенной.

Она засмеялась от нахлынувших воспоминаний и собиралась уже пуститься в рассказ о том, как пан Митек испек торт на крестины Олли и украсил его совершенно уморительной надписью, как раздался громкий стук в дверь. Все так и замерли.

Никто и никогда не ломился в этот дом во время еженедельного девичника. Даже Стива на этот вечер изгоняли – либо к Джеффу, либо в паб с наказом раньше десяти не возвращаться.

Кто же, во имя всего святого, вдруг стучится сюда в половине восьмого?

Ага с Лидией переглянулись, и Ага поднялась со стула, разглаживая свободные синие брюки.

— Я сама открою. – Лидия протянула руку, предотвращая возможные возражения, вскочила на ноги и поспешила по короткому коридорчику к входной двери. Прежде чем решать, открывать или нет, она посмотрела в дверной глазок.

На пороге дома Аги стоял человек, которого Лидия меньше всего на свете ожидала там увидеть.

— Что ты тут делаешь? – с искренним недоумением поинтересовалась она, распахнув дверь, за которой обнаружилась знакомая фигура ее мужа.

Бывшего мужа.

Хм.

Он выглядел как-то иначе, чем во время последней их встречи, хотя Лидия затруднилась бы сформулировать, в чем именно проявлялось различие. Возможно, теперь просто она видела его через другую оптику, но очертания подбородка казались ей уже совсем не такими точеными, а цвет глаз из потрясающего превратился в просто холодный. И вообще во всем нем сегодня чувствовалось что-то не то. Может, прежде она просто никогда не смотрела на него так объективно?

— Лидди, – начал он, и голос его сегодня тоже звучал как-то не так, почти истерически, Лидия никогда не слышала в нем подобного надрыва. – Я это сделал. Я подал на развод.

Она недоуменно свела брови.

— Ну хорошо. Вовсе не обязательно было сюда приходить, чтобы сказать это мне лично.

— Не обязательно, – согласился он. – Но я все равно собирался прийти и поговорить с тобой. Ну знаешь, убедиться, что ты все еще не против подписать документы.

Он сегодня вообще сам на себя не походил.

— Я подпишу, – заверила она куда более резко, чем собиралась, и заметила, как он едва не поморщился от ее слов. Честно говоря, больше всего ее сейчас раздражало, что после всех долгих лет вместе у него так и не отложилась в голове святая неприкосновенность четверговых девичников. Даже Джейк уже усвоил, что по четвергам следует не звонить, а писать сообщения.

Вот и опять от этого имени у нее болезненно сжалось сердце.

— Так в том-то и дело. – Голос Адама вырвал ее из привычного потока мыслей. – Я собирался прийти убедиться, что ты подпишешь, но это было до.

Лидия недоуменно наморщила лоб.

— До?

— До того, как я увидел тебя… – Голос у него стал ниже, в нем появилась та низкая, собственническая хрипотца, от которой когда-то Лидия чувствовала себя такой неотразимой. – …с ним.