Книга Исцеление по-драконьи, страница 50 – Елена Счастная

Мы ехали долго, до Маретона осталось всего ничего, но сумерки уже сгущались вокруг. Грегор лежал рядом со мной на сиденье экипажа, а его голова покоилась у меня на коленях. Я осторожно и плавно гладила его кончиками пальцев по волосам.

Как хорошо! Теперь он со мной, и я никуда его не отпущу. Все собранные мной и Фентоном документы устроили настоятельницу приюта. Она изучала их долго и пристально, оценила брачные магические браслеты на наших с Фентоном запястьях. И только убедившись, что всё в порядке, подписала приказ об усыновлении.

— Весь ближайший год к вам будет приезжать инспекция, – предупредила напоследок. – Они будут следить за тем, чтобы с Грегором всё было в порядке, а его условия жизни соответствовали нормам.

— Мы будем рады видеть вашу инспекцию в любой день, – улыбнулся Фентон.

После чего подхватил Грегора и, усадив его себе на плечи, понёс к экипажу. Когда он впервые увидел его своими глазами, на его лице сразу отразилось узнавание. Не было совершенно никаких сомнений в том, что они похожи – теперь это стало ещё заметнее.

Они шли впереди, я следовала за ними, держа в руке маленький мешок с вещами сына, не спуская с них глаз – и эта картина казалась мне самой прекрасной на свете! Сколько лет было потеряно, но впереди много времени, чтобы всё наверстать.

— Он и правда похож на меня, – задумчиво проговорил Фентон, глядя в лицо сына. – И я ничего об этом не знал!

Видел он ещё не совсем чётко, но и этого ему было достаточно, чтобы рассмотреть сына вблизи. К моему лицу его взгляд обращался так же часто, и порой от столь пристального внимания мужчины, который будоражил всё моё существо, мне становилось неловко. Он словно восполнял всё, что потерял за эти четыре года, впитывал мои черты и открыто любовался.

Да и я без повязки на глазах воспринимала его иначе. Он всегда был красив, но теперь это был какой-то иной уровень восхищения. Я боялась смотреть на него, чтобы не впадать в ступор, ведь изучать его хотелось часами. Если бы я знала, кто тогда провёл со мной ночь, всё могло бы сложиться иначе.

Но меня также не отпускала мысль о том, что, возможно, нам следовало пережить всё это, чтобы стать теми, кто мы есть сейчас. Теперь мы ценим всё, что обрели, гораздо больше.

К дому мы подъехали, когда почти совсем стемнело.

Слуги ждали нас с готовым ужином, быстро накрыли на стол, и каждый считал своим долгом выйти к нам хоть ненадолго, чтобы увидеть Грегора. На лицах слуг неизменно отражалось такое умиление, что казалось, будто все они готовы расплакаться. Жарна сама принесла ему к чаю персональную булочку с кристально-рубиновым повидлом.

— Простите, – обратилась она к лорду, – я не могла удержаться. Эта булочка прямо как он! Такой хорошенький!

Фентон лишь кивнул, ни словом не укорив женщину за такое своеволие.

— Спасибо! – выдохнул Грегор, слегка смущённый и обрадованный таким вниманием к себе.

В приюте все были равны и обо всех заботились одинаково. А теперь он стал вдруг центром этого дома.

Мы провели первый совместный ужин – и в какой-то момент я поняла, что никогда не была настолько счастлива. Со мной мой сын и мужчина, которого я… люблю. Наверное, только так можно было назвать то чувство, которое я испытывала к Фентону.

Сразу после ужина Грегор начал клевать носом – долгая дорога утомила нас всех, а его особенно. Фентон отнёс его в подготовленную комнату по соседству с моей новой спальней. Пройти туда я могла сразу через боковую дверь – это было очень удобно.