Книга Исцеление по-драконьи, страница 18 – Елена Счастная

— Что вы гладите, не понимаю? – нахмурился пациент. – Я вам не кошка.

— Я… разогреваюсь, – спохватилась. Действительно, надо надавливать сильнее.

Но от детального изучения тела лорда моё сознание как будто постоянно размывалось. Абсолютно все мысли исчезали из головы, и их заменяла какая-то тихая глупенькая мелодия.

— Сильнее! – ещё раз скомандовал Фентон. – Вы что, настолько тщедушны, что не можете надавить как следует? Медсёстры до вас справлялись гораздо лучше.

Он повернулся на бок и перехватил мои руки, слегка сжал их, словно и правда хотел проверить их силу и толщину костей.

Я дёрнулась назад, но он удержал.

— Ну да, откуда в таких тоненьких руках возьмётся сила, – лорд цыкнул.

Он положил мою ладонь на своё предплечье, накрыл сверху своей и сжал пальцы, показывая, как я должна проминать каждую мышцу.

— Я поняла, да! – пискнула я, вырываясь. – Просто… Я не делала массаж раньше.

Наконец он разжал пальцы, и я наконец освободилась. Лицо горело до самых корней волос, в горле пересохло. Он не был груб, не причинил мне боли – поэтому короткий миг странной, резкой близости поднял во мне столько непонятных эмоций, что сейчас я едва держалась, чтобы просто не сбежать.

И хорошо, что он не видел, как я взмокла – не от усилий, а от волнения. Нет, я должна быть профессионально спокойной. Ну, подумаешь, полуголый мужчина – я же видела их в госпиталях. Не таких физически совершенных, конечно, но в остальном они ничем от него не отличались!

Выждав короткую паузу, пока Фентон укладывался обратно, я вновь приступила к делу – и теперь, кажется, у меня стало получаться гораздо лучше. Урок не прошёл зря.

По крайней мере лорд затих, и до того, пока не перевернулся на спину, не выдал больше ни одного замечания. Однако, пока я переводила дух перед второй частью процедуры, он сделал одно почти незаметное движение – накинул себе на бёдра полотенце. Я ни о чём не спросила и даже ничего лишнего не подумала, но он всё равно пояснил:

— Может, так я буду смущать вас меньше.

Что ж, может, это и правда помогло, потому что дальше я работала уже гораздо спокойнее, хоть выдающиеся рельефы лорда всё равно то и дело заставляли моё сердце срываться на бег. Ничего, ещё пара дней и привыкну – ко всему можно привыкнуть, даже к таким видам. Ведь живущие у моря или в горах люди не рыдают от счастья каждый раз, как выглядывают в окно, верно?

Наконец больше чем через час наши взаимные мучения закончились. Как только я сказала «всё» и отняла руки от груди лорда, он сразу сел и схватился за оставленные рядом на вешалке брюки.

— Очень своеобразно, – прокомментировал. – Но, думаю, вы научитесь.

Зная, что он не увидит возмущения на моём лице – я всё-таки старалась! – я смерила его взглядом, и мне показалось, что он как-то слишком напряжён для того, кто должен был расслабиться. Особенно… Да нет! Просто показалось!

Я вытерла руки, собрала полотенца – и в это время Фентон успел одеться полностью и выйти из ванной. Нервный какой всё-таки!

Правда, словно в награду за труды, остаток первого дня работы в доме лорда Грейвза прошёл весьма спокойно. Перед сном я выдала ему горсть необходимых пилюль, проверила общее состояние его контура после массажа и оставила отдыхать.

— Когда уже эта леди Дьюк перестанет сюда ездить? – возмущалась за ужином старшая горничная Антония Фэй. – Вы представляете! Сегодня после обеда я встретила её, когда она ходила по дому и заглядывала всюду, куда могла!