Книга Когти, клыки и женская логика, страница 86 – Танья МЯУ, Татьяна Гер

Дело в том, что отец Фаины умер от сердечного приступа, не дожив до тридцати. Матушка её честно пыталась тащить дочь одна лет до десяти, а потом познакомилась с иностранцем — с итальянцем, если быть точнее. У них закрутился бурный роман, после которого она оставила Фаню на попечение своей матери и укатила в Италию. Там они поженились, нарожали ещё двоих и благополучно забыли про существование Фани.

Мои родители были живы, вот только им до меня не было дела. Как однажды призналась мать, «залетела» она случайно, а аборт делать было поздно; да и бабушка настаивала на том, что это грех — дитя убивать. Мать родила и спихнула меня бабушке. А дальше всё было просто. Бабушки наши были соседками — вот так мы и подружились. Правда, бабушка подруги была здоровьем плоха, давление часто мучило, вот моя бабуля нас к себе и забирала.

Так и получилось: когда Фане четырнадцать исполнилось, бабушка её умерла. Но, как ни странно, за девочкой никто не приходил — видимо, думали, она с матерью. Уж не знаю как, но детский дом обошёл её стороной, жила она с нами. Когда мне исполнилось девятнадцать, бабушка умерла. Тут нагрянули родители, которые не появлялись в моей жизни сколько я себя помню. Квартиру хотели получить. Вот только бабушка подстраховалась и продала мне жильё за чисто символическую сумму, которую сама и накопила. Вот и получилось, что квартира теперь моя и ловить им там нечего.

Скандал был жуткий, а потом начались суды. Год мне трепали нервы: всё пытались доказать, что бабушка не в своём уме была, но она и здесь подстраховалась. Когда я с нотариусом разбирала кипу документов, оставшихся после её смерти, нашлась и справка о вменяемости. Оказалось, она получила её прямо перед продажей квартиры.

Сколько грязи я тогда наслушалась в свой адрес — не перечесть. Самым безобидным было: «Лучше бы я аборт сделала!» Вот как женщина способна говорить такое своему ребёнку? В чём он виноват, если она бессердечная кукушка? Подобного было много: и «ошибка природы», и «змея неблагодарная»... А за что благодарить? За то, что она меня на свет родила? А дальше? Дальше, в возрасте одного месяца, меня передали на попечительство бабушке, а родителей я видела только на фотографиях в альбоме.

Сначала было больно и неприятно, а потом я посидела, подумала и послала всё к чёртовой матери. Эта женщина для меня никто. Просто биологический родственник, но не родитель. Отец, стоит сказать, вёл себя поспокойнее: старался осаживать мать, но мою сторону особо не поддерживал, да и не общался со мной.

Правда, когда я выиграла дело, на этом история не закончилась. Мать словно обезумела. Она портила дверь, била окна (благо мы на втором этаже жили), резала провода в электрощитке. Распространяла грязные слухи. Вызывала по ночам полицию — причины были разные: от «кого-то убивают» до «орёт музыка». А что сотрудникам делать? Вызов поступил — надо реагировать. Всё это длилось ещё почти год, пока я не обратилась в суд для оформления запрета на приближение. А ещё мне везло: её злодеяния замечали соседи, вольно или невольно. Так что к запрету добавились ещё и административные штрафы. Только после этого она оставила меня в покое.

Спасибо Фане, что была всё это время рядом — не знаю, как бы я справилась. Да, хоть мы и были оторвами, но когда такое делают люди, которых ты в глубине души хотел назвать РОДИТЕЛЯМИ, это больно. А ведь параллельно приходилось ещё и работать: жить на что-то надо, да и суды — дело не дешёвое.