Книга Когти, клыки и женская логика, страница 33 – Танья МЯУ, Татьяна Гер

— Спят в гробах? — продолжил Фёдор, загибая второй палец. — Кто это придумал? У меня отличная кровать с балдахином, перина мягкая, подушки пушистые. А гроб… Я однажды попробовал вздремнуть в старом фамильном гробу — так там жёстко, пыльно и ужасно неудобно. Через пять минут вылез и велел отнести его в подвал — пусть там стоит для антуража.

— А кровь девственниц? — осторожно уточнила Люда.

— Зачем? — Фёдор снова закатил глаза. —Я, между прочим, придерживаюсь животной крови, а главное — никаких этических проблем!

— А кресты и святая вода? — напомнила я.

— Кресты? Вода? — вампир рассмеялся. — У меня тётушка носила крест на цепочке. Я как-то взял его поносить — просто потому, что он красиво смотрелся с плащом. Но он ужасно цеплялся за ткань, да ещё и весил как маленький якорь! Снял через час и отдал обратно со словами: «Тётушка, ваше украшение слишком могущественно для меня». А святую воду… Пил как-то по ошибке, — пожал плечами Фёдор.

— Значит, всё это — просто сказки? Вот и верь после этого книгам, — расстроенно проговорила я.

— Скажем так, — вампир подмигнул, — сильно приукрашенные истории.

— А ты чего сидишь хихикаешь? И до тебя дойдёт очередь! — улыбаясь, я посмотрела на оборотня, который всё это время лишь посмеивался.

— А я что? — удивлённо поднял брови Вольд. — Я тут, э-э-э, как бы слушатель. — Он небрежно дёрнул плечом, а потом демонстративно взял свиток и перо. — Могу даже вести протокол: «День такой-то, час вечерний, заседание по разоблачению мифов о вампирах продолжается».

— Так, «слушатель», — я прищурилась и ткнула в его сторону пальцем. — Рассказывай: ночью завываешь на луну? Как часто? Есть график?

Оборотень на мгновение замер, а потом рассмеялся.

— График? Ну, знаешь, раньше был. В юности я всерьёз относился к этому делу: вставал ровно в полночь, выходил на поляну и начинал, а потом записывал, в какой день сколько провыл. Но потом понял, что по ночам я хочу спать, а не выть, — подмигнул Вовка.

— О, а у оборотней есть позы для завывания? — продолжила я расспрос.

— Конечно! — с важным видом кивнул Вовчик. — Есть «классический вой»: стоя прямо, голова запрокинута, взгляд устремлён в небо, хвост гордо поднят. «Меланхоличный»: сидя на камне и глядя вдаль, желательно с задумчивым вздохом и одной слезой на щеке. «Боевой клич»: с поднятой лапой, шерсть дыбом, зубы оскалены (но осторожно, чтобы не прикусить язык). И мой любимый — «усталый»: лёжа на спине и вздыхая в небо, лапы раскинуты в стороны, уши вяло свисают.

Мы расхохотались.

— О-о-о, ещё вспомнила! Оборотни вечно голодные? Храп как у медведя и боязнь серебра? Что на это скажешь, Лохматик? — спросила я, подмигивая Вовчику.

Вовчик сделал вид, что оскорблён, прижал ладонь к груди и трагически вздохнул.

— Вечно голодные? Ну, допустим, аппетит у нас хороший — но это потому, что мы много двигаемся! Мы должны поддерживать энергетический баланс, это вопрос выживания. Иначе какой из меня защитник? Могучий страж, который падает в обморок от голода на полпути к спасению дамы? А если не поем вовремя, то начинаю смотреть на окружающих с такой тоской, что все шарахаются. В отличие от некоторых, кто сидит целыми днями в тёмном особняке и сосёт… то есть пьёт… то есть… — Оборотень запнулся, лихорадочно подыскивая подходящую формулировку.