Онлайн книга «Когти, клыки и женская логика»
|
— Ну вот мы и на ме-есте, да здравствует тишина! — протянула я, потягиваясь. — Наконец-то свежий воздух, — подхватила подруга. — И никаких начальников и всезнающих мужиков на все праздничные дни! — Согласна! — поддержала Людочка. Выйдя из машины, вдохнула полной грудью запах сирени и свежескошенной травы. Ага, соседи активировались. Новенькие, кстати: в прошлом году хибарку соседнюю выкупили и за год снесли всё к лешему, времянку поставили, огород развели — молодцы! Дача встретила нас солнечным светом, пением птиц и лёгкой прохладой майского вечера. Распахнула скрипучую калитку, пропуская подругу с продуктами вперёд. — Так, — деловито начала она, поднимаясь на крыльцо, — сначала всё распаковываем, потом быстренько прибираемся и только потом завариваем чаёк. Кстати, у меня ещё мята сушёная с прошлого лета осталась, можно будет добавить… — Да, но потом — веранда! Мой «центр принятия ошибочных решений» решительно требует присесть и вытянуть ножки! — Ага, зная твой «центр», главное — их потом не протянуть, — усмехнулась она, проворачивая ключ в замке. — Мой центр? И это мне говорит человек, который руководствуется фразой: «А что, если?»… — Ну, не преувеличивай… — Ага, не преувеличивай! У нас половина приключений с этого начиналась. — Да, но вторая принадлежит твоему «центру». — Не поспоришь… Через час мы уже сидели на веранде за деревянным столом. Людочка задумчиво помешивала ложечкой чай, а после заговорила, глядя куда-то: — Ты знаешь, сегодняшний день, будто проверял меня на прочность. Помнишь, я тебе рассказывала про новый объект? Пятикомнатная квартира в новостройке? — Ну? — Утром на работу не вышел напарник — заболел. В обед выяснилось, что нам привезли не тот оттенок краски для детской, а мы уже больше половины покрасили! Потом я поехала на второй объект (это где офисное здание готовим), а та-ам какой-то «умелец» так стены оштукатурил, что разница в толщине аж четыре сантиметра! Ты представляешь? Это под чем надо было быть, чтобы так состав нанести? Я плевалась и ругалась, мне-то предстояло это исправлять. А там ещё и хозяйка заявила: «Может, вы как-нибудь краску подберёте специальную, ну, чтобы перепад и неровности скрыла?» Представляешь? Нет, я, конечно, специалист, но не волшебник же! Я могу её понять с одной стороны: кому охота дважды за одну работу платить? К тому же одно дело — делать с нуля, а другое — за такими «умельцами» исправлять. Ой, а под конец вообще начальник позвонил и сказал, что, оказывается, краска, которой детскую покрасили, вообще для коридора предназначалась. Там дЭзайнер, видите ли, номера оттенков перепутала, а мы виноваты! Но я-то по накладной делаю. С накладной совпадает? Совпадает, и всё, не надо мне тут ля-ля! — А он что? — спросила я, отхлёбывая чай. — Сказал, что будет разбираться, с меня взятки гладки, — ответила она, разведя руками. — Ты же знаешь, только дай слабину будут ездить и ездить! А у тебя как? — У меня тоже было весело. Сначала станок решил устроить забастовку и отказывался работать. Шпиндель опускается рывками — и хоть ты тресни. Наладчик решил уйти в запой, оставив ученика вместо себя, а он понятия не имеет, с какой стороны подходить к станку. Я ему объясняю, что время пришло, надо снимать боковую крышку и смотреть. Скорее всего, либо лопнула возвратная пружина, либо пазы пиноли забились металлической стружкой, а он спорит со мной. Мол, ты баба, и что ты там понимаешь? Я?! Представляешь? А я на этом станке больше десяти лет работаю, да он для меня словно ребёнок родной. Я по звуку могу сказать, что у него «болит». А этот? Сопля без году неделя, и говорит: ремень порвался! Ну, какой ремень? Где тебя учили, чудо криворукое? Если бы ремень порвался или растянулся, сверло либо на месте стояло бы, либо проскальзывало под нагрузкой, а у меня-то рывками опускается. Пришлось всё брать в свои нежные ручки и вместе мудрить. А тут, когда мы в масле по самые, простите, локти, подходит бригадир, открывает папочку и лилейным голоском сообщает, что новым постановлением увеличили план на день. Я думала, ему эту папочку затолкаю по самые уши… |