Книга Королева Вечности, страница 34 – Л. Дж. Эндрюс

— Больше чем привязанность, подонок. – Я плюнула ему в лицо.

И тут же Ларссон поднял руку, готовый нанести удар, но остановился, едва я вздрогнула. Он тяжело вздохнул, и ядовитая ухмылка расплылась по лицу. Наклонив мой подбородок большим пальцем, мерзавец произнес:

— Знаете, ваша кровь предназначена не только для одной конкретной цели. Я думал, что торговля приливным лотосом станет нашим ответом, позволяющим исцелить следы Тьмы.

— Следы использования темной магии.

— Наступают времена, кода против темных заклинаний приходится использовать другие темные заклинания. Неужели вы полагаете, что само собой разумеется прятать королевство от его истинного короля? Торвальд наложил грязные чары, не позволяя войти. Мне не оставили выбора.

Боги, каким же чудовищем он оказался на самом деле, одним из тех жалких ничтожеств, кто никогда не возьмет на себя бремя собственной темноты. В действиях и словах Эрика тоже сквозила жесткость, порой чрезмерная озлобленность, однако Бладсингер не позволял себе перекладывать свою безжалостность на других, всю жизнь неся ее как знамя.

— Дом Скурков какое-то время приносил пользу, привозя через пиратские пути множество ящиков с цветами для опытов, но однажды Люсьеном овладела жадность.

По рукам пробежали неприятные мурашки, а волоски встали дыбом.

— И ты подстроил все, чтобы Эрик убил его?

Ларссон довольно хихикнул.

— Ловкий способ связать концы с концами, не находите? Фион расправилась с остальными братьями, прихватив с собой дорогую бутылку вина с морскими цветами. А эти болваны даже не потрудились прикинуть, чем грозит бутылка без маркировки, прежде чем поставить ее на следующий домашний пир.

Зная, сколько душевных страданий это гнусное порождение Люсьен Скурк причинил ни в чем не повинным людям Шонделла, я испытывала удовольствие от наблюдения за его мучительными пытками от рук Эрика.

Однако мысль, что целый зал Дома Скурков пал жертвой капризов Ларссона, вынудила пальцы задрожать.

— Ты мерзавец.

— Считайте меня тоже пострадавшим в этой игре, – ответил он с изрядной долей иронии. – Впервые увидев на вашей коже клеймо Дома Королей, я понял, что именно ваша кровь способна очистить землю от Тьмы и окончательно разрушить защиту кровавой короны.

— Не понимаю.

— Вам и не нужно. Сиюминутная связь с Кровавым певцом оказалась именно тем, что я искал на протяжении многих лет, вот что вы обязаны знать. – Внезапно, положив ладонь на стену, ублюдок прижался ко мне всем телом. – Признаюсь, теперь, когда все закончилось, мне нравится, что вы остались в полном одиночестве.

— Не смей прикасаться ко мне. – Я попыталась отстраниться, но в ответ он лишь злорадно рассмеялся и прижался ближе, вынуждая меня скользить о твердые мускулы на его груди.

— Король волен касаться всего, что пожелает, миледи.

— Ты, должно быть, так гордишься собой, – съязвила я. – Вечно зависишь от темных заклинаний и подлых уловок, пытаясь захватить трон, когда он уже был отдан еще крохотному Эрику. И кто здесь жалок?

Последовал один шаг назад, а вслед за ним ладонь Ларссона прошлась по моей щеке, пронзив острой болью висок и горло. Однако вместо предательских слез из глотки вырвалось насмешливое фырканье, превратившееся в издевательский смех.

— Ты слабак, – произнесла я, стараясь придать голосу твердость. – Создал Тьму и сам же утратил способность контролировать ее… и вдруг тебе понадобилась помощь Эрика Бладсингера, чтобы найти средство уничтожить твою же затею, потому что родной отец… никогда не желал видеть тебя в своем королевстве.