Книга Королева Вечности, страница 20 – Л. Дж. Эндрюс

— Действительно, почему? – Девушка сжала губы, превратив их в тонкую бескровную линию.

Боги, она была бессильна претворить подобный план в действие, поскольку нечто не позволяло ей противостоять либо ей угрожали. Что она сказала раньше? В первую очередь ее волновало благополучие ее народа. А что, если Ларссон причинил вред близкому ей человеку?

— Как они захватили остров?

— Никто его не захватывал. Хранитель костей известен среди эльфийских кланов, поэтому я не придала особого значения, увидев его в составе отряда странников.

— Что значит – известен?

— Он наполовину эльф, – уточнила она, слегка растерявшись, словно пораженная моим незнанием.

Проклятье.

— Выходит, он обманул тебя. Явился как друг, а после предал.

— Не скажу, что он кого-то предал, – пробормотала она, касаясь пальцами приливов. – В тот день он был немногословен. И мне пришлась не по душе морская ведьма и присоединившийся к ним морской фейри.

Я же не ослышалась, услышав из ее уст «к ним»? Неужели здесь присутствуют и другие морские фейри? Раньше Ларссон уже посылал наемных убийц, рассчитывая расправиться с Эриком, но мне и в голову не приходило, что за его спиной гораздо больше сторонников, чем предполагалось.

— А кроме Ларссона и Фион здесь есть кто-то еще?

— Есть, – за нашими спинами раздался недовольный голос.

Стоявший на краю леса мужчина с волосами цвета заката с презрительной ухмылкой наблюдал за нами двумя.

— Скадиния. – Издевательская усмешка превратилась в звериный оскал. – Что все это значит?

Эльфийка быстро встала и отошла от воды.

— Арион. Наш уговор возложил на меня обязанность заботиться о ее благополучии.

— Ты должна сохранить ей жизнь, а не прогуливаться по берегу.

— Фейри пребывала в смятении. Я решила сориентировать ее, рассказав о Наттхавэне. Ничего больше.

— Тогда почему ты так плохо отзывалась о моем кузене, кридхе?

Мне не известно значение выбранного им слова, но оно заставило Скадинию наморщить нос.

— Я откровенно высказалась о Хранителе костей. А если считаешь мое мнение таким нелестным, то, возможно, ему стоит еще раз задуматься о совершённых им действиях.

Арион оказался широкоплечим мужчиной с остроконечными ушами, увенчанными золотыми колпачками, густые брови придавали выразительные очертания внешности, но именно глаза внушали необъяснимую тревогу. За мягкостью, излучаемой теплым цветом лица и волос, скрывались холодные и отстраненные темно-карие глаза, будто однажды в них затерялась надежда, приговоренная умереть.

Вне всяких сомнений, она боялась именно этого мужчину. На протяжении всего диалога упоминание о Фион или Ларссоне едва ли меняли манеру речи Скадинии, но стоило коснуться чего-то существенного, как в словах проскальзывали сердитые нотки. Арион привел Ларссона на ее остров, и именно он загнал девушку в ловушку.

Еще один эльф.

Черт побери. Если все сказанное – правда и Ларссон наполовину принадлежал к эльфийскому народу, то его связи имели не последнее значение.

— Пора, – приказал он тоном, не терпящим возражений. – Приведи ее в зал. И, Скадиния, сделай это тихо.

Неожиданно я подавилась собственным изумлением, увидев, как от непринужденного взмаха Ариона на фоне угасающих клочьев заката пробилась золотая трещина, словно разделяя небосклон, и он прошел сквозь нее, покинув берег.