Книга Между светом и тьмой, страница 24 – Виолетта Иванова

— Нет, Ваше высочество, я должна одна говорить с Одинаром.

Княжичу это не понравилось, но он отступил, ушел в свои комнаты. Верный Агмунд помог ему переодеться ко сну, но что-то в душе Эрика не давало покоя. Он долго смотрел в окно, за которым бушевала снежная стихия, засыпая город холодным снегом.

Утром за завтраком Хельги не было за общим столом. Ульрика пояснила, что вчера она получила благословение Одинара и рано утром отправилась за городскую стену, чтобы совершить ритуал. Эрик посмотрел за окно, где через промерзшие за ночь стекла были видны низкие серые тучи, но снег уже перестал падать. Пока они ели, тучи словно начали истаивать, а потом пропали совсем, на небе засияло солнце. Ульрика улыбнулась.

— У нее получилось, — тихо проговорила женщина. — Наш урожай не погибнет и голод не придет в этом году.

В обед Хельга снова не пришла за общий стол. Эрик хмурился, что-то говорило ему, чтобы он пошел в ее комнаты. Быстро съев свою еду, княжич поднялся, извинился перед родителями, что должен уйти, и поспешил к жене. В ее комнатах его встретила служанка, которая смотрела на Эрика обеспокоенным взглядом.

— Господин, я не знаю, что делать, она лежит без сил. Приходила Вильдеборга, дала ей каких-то зелий, но сказала, что они мало ей помогут. Может, Вы сами спросите у госпожи, чем можно помочь?

Эрик кивнул и прошел в спальню жены. Она лежала на своей большой постели с закрытыми глазами. Лицо бледное, волосы распущены и золотым облаком окружали ее голову на высокой подушке.

— Хельга, — Эрик склонился над женой, — что случилось и что может тебе помочь?

Она открыла глаза и слабо улыбнулась. Улыбка была такой светлой, что в душе Эрика что-то дрогнуло.

— У меня получилось договориться с Зимой, она приняла наши дары. Она не будет морозить наши земли, — она снова слабо улыбнулась. — Я пока не такая сильная, как моя матушка, пришлось потратить слишком много сил. Но не волнуйся, я справлюсь.

— Скажи, чем я могу тебе помочь?

Она отвела взгляд и зарделась, кусая губы.

— Прошу, скажи. Мы же муж и жена, у нас не должно быть никаких тайн.

— Твоя любовь может помочь мне восстановить силы.

Эрик оглянулся на служанку, которая стояла у двери, махнул ей рукой, чтобы она вышла. Девушка кивнула, поспешила выйти и закрыла за собой дверь. Эрик наклонился к лицу жены, поцеловал ее. И вновь волна искристого света понеслась по его венам. Он разделся и лег рядом с Хельгой, которая прильнула к нему всем телом.

Потом он долго смотрел на улыбающееся лицо спящей жены и не мог поверить в то, что сейчас было между ними. Нежность, трепет, волнение, бегущий по телу свет. И Эрик видел, как она наполняется силой, как сияют ее глаза. Потом она улыбнулась ему, провела рукой по щеке.

— Я люблю тебя, мой муж, — тихо с нежной улыбкой произнесла Хельга и уснула.

А он лежал и смотрел на ее лицо, думал. В груди родилось какое-то тепло к этой девушке, которая стала его женой. Даже близость ему была приятна. Но вот то, что называют страстью, любовью он пока не чувствовал.

* * *

На следующее утро от зимы осталось только воспоминание, снег растаял, вновь светило теплое солнце, первая зелень радовала глаз. Днем Хельга еще раз вышла за городские ворота с подношениями Зиме, вернулась с улыбкой на лице. За ужином Эрик смотрел на нее и думал — стоит ли сегодня приходить к ней. Но потом увидел ее взгляд, полный любви и надежды, решил, что проведет еще одну ночь с Хельгой.