Книга Между светом и тьмой, страница 11 – Виолетта Иванова

Хельга нахмурилась, напряженное лицо мамы не понравилось ей, словно та что-то скрывает. Но она знала, что Агнес ничего не скажет, нельзя рассказывать своим родным о будущем, так как чужие боги могут услышать это и вмешаться в судьбу, сломать, испортить ее. Матушка будет молчать, если только Хельге не будет грозить смертельная опасность, которую можно будет избежать. И сама она не сможет узнать свою судьбу, обращаясь к своей магии. Матушка научила ее всему, что знает сама, в том числе ворожить, но ее волшебные камни, которые ей подарила Агнес, когда Хельге исполнилось пятнадцать, молчали, словно боги не желали, чтобы она знала, что ждет ее в замужестве. Вчера вечером они трижды кидала камни, но все три раза они отказывались говорить с ней, словно напоминая, что нельзя гадать на свою судьбу, можно только слушать волю богов и стараться выполнять ее. Даже Фрейя, к которой она обращалась за помощью, словно разозлилась на нее и погасила все свечи, которые горели на алтаре.

— Матушка, прошу, скажи, что можешь сказать, — тихо попросила Хельга.

Женщина тяжело вздохнула.

— Я могу только сказать, чтобы ты слушала свое сердце и не множила зла, которое все чаще приходит в этот мир.

— А что ждет меня в семейной жизни? — ее голос звучал все требовательнее.

— Испытания, — ответила Агнес. — Только вы сами должны прийти их с любовью в сердце и в вере в то, что все сможете преодолеть, если найдете нужные слова, не совершите глупых поступков, не сделаете тех ошибок, которые нельзя будет исправить. Пусть мудрость Фрейи будет с тобой, я буду молить ее, чтобы она не оставила тебя. И помни — любовь мужа преумножит твою силу вельи.

* * *

Через час гости собрались в обеденной комнате, где Агнес вместе с Хельгой уже накрыли стол. Княжич скупо улыбнулся хозяйке дома, занял место во главе стола. Его воины сели по правую его руку. Агнес указала дочери на место рядом с княжичем. Девушка вновь зарделась, но села рядом с женихом. Он вновь смотрел на свою невесту каким-то слишком внимательным взглядом. Агнес тоже смотрела на княжича и молчала. Мудрая велья видела, что в его глазах только интерес к новому человеку, который появился рядом, словно он решал, можно ли его подпустить ближе или оставить в стороне.

Разговор за столом не шел. Хельга почти ничего не ела. Она боялась смотреть на Эрика, который сидел с каким-то непонятным выражением лица.

После обеда Эрик со своими хускарлами отправился посмотреть город, собираясь купить что-нибудь в подарок для родителей. Хельга и Агнес занялись тем, что убрали со стола, а потом пошли в комнату девушки, чтобы собрать вещи. Они складывали платья, чулочки, скромные украшения и молчали. В душе обеих было какое-то тягостное ощущение.

Княжич со своими людьми вернулся поздно вечером, когда солнце уже ушло за горизонт. Они отказались ужинать, сообщив, что поели в трактире. Агнес ничего не сказала, только спросила, когда разбудить гостей.

— Не надо, мы сами проснемся с восходом, — ответил Эрик.

* * *

Утром после утренней трапезы они стали собираться в дорогу. Ехать предстояло верхом на лошадях, которых взяли специально для невесты. Агнес тоже хотела поехать вместе с дочерью в Адельбург, но прибежал посыльный от главы вольного города:

— Госпожа Агнес, умоляю, жене Главы плохо, она умирает. Меня послали за Вами.