Книга Не судите ведьму строго, страница 14 – Светлана Калинникова

На том и поставили точку. Кузьмичу на уровне «старшего» дали добро на выход из дома. Командировку, то бишь.

Само собой, он рассказал про это Тихону. Как бы не ругались они, а тут вопрос касался их общей хозяйки.

— Мужик! — констатировал Тихон, — Я тебя уважаю. Правильно все сделал. А конкурс этот… Мне тут подумать надо. Есть у меня «подвязки» с кошкой одной ведьмы из Администрации. Может, в следующем году… Подумать мне надо.

Кот протянул ему лапу. Кузьмич пожал ее.

Как только Кузьмич «запер» ее кабинет, Лина под предлогом, что забыла некоторые документы, отвезла его домой.

Закончив с ритуальными делами, она приступила, наконец, к работе. В производстве Трибунала имелось всего-навсего одно дело. Оно поступило еще на прошлой неделе, когда предыдущий судья ушел в отставку по состоянию здоровья. Дело касалось молодой ведьмы, обвинявшейся в убийстве посредством проклятья своего сводного брата-колдуна.

Так у Лины началась новая жизнь.

Маша, помощник Магического Трибунала, еще накануне почитала на сайте Лесковского городского суда официальную информацию о судье Сединой Ангелине Николаевне. Стаж судейской работы приличный весьма и стаж работы в суде на младших должностях почти восемь лет. Что ж, человек опытный.

В открытом доступе других сведений не было. О своем магическом происхождении Ангелина Николаевна не распространялась.

Маша вспомнила, что в Лесковском суде работала ее однокурсница Лена. Она позвонила ей и спросила, что за человек их новый судья.

Лена с большим удовольствием рассказала ей, что Ангелина Николаевна не замужем и никогда не была, детей нет. Родители умерли. Доброжелательная женщина, ни с кем из судей не конфликтовала, общалась со всеми ровно. «Но у нас вообще каждый сам по себе. Разговоры разговаривать некогда», — в этой фразе Маше послышался намек на то, что Трибунал имеет гораздо меньшую рабочую нагрузку.

— Я тебе про нее ничего плохого сказать не могу. Она, как мы говорим, «пахарь». Много рассматривала дел, и не скрывала, что как только выработает срок, сразу уйдет в отставку. Сказала — сделала. Со своими секретарем и помощником была в хороших отношениях. Что тебе еще сказать? Она не сплетница, молчунья. Вроде и не «тихушница», но как-то не старалась расположить к себе людей. А теперь становится все ясно, она ведьма!

— Ну и что из этого?

— Ой, ладно тебе, Маш. Вы ж ведьмы дружить не умеете. Ты в институте всегда держалась в стоянке. Ты и не отказываешься пойти в клуб, но посидишь со всеми часочек и — домой. Может, у Вас свои какие-то клубы? О, вспомнила — шабаши!

Дальнейший разговор заходил в тупик, и Маша, извинившись за то, что отвлекла коллегу, тепло распрощалась с ней.

Маша давно работала в Трибунале, сразу после института. Ее взяли на должность секретарь судебного заедания. Это был хороший старт для человека, не пожелавшего уехать в столицу. Потом ее повысили до помощника. В Москву уехали многие ее однокурсники и сейчас обзавелись там машинами, ипотеками, привычкой отдыхать заграницей несколько раз в год. Они работали и зарабатывали. А Маша работала, но машину ей купил папа в кредит, а квартиру она все еще снимала. Ей давно говорили, что нужно сдать экзамен на судью, она соглашалась, и откладывала подготовку к нему уже на протяжении трех лет. Скоротечный роман с одним из инквизиторов привел ее мысли уйти из Трибунала, но чувства растаяли как снег, а с ними и желание заниматься следствием.