Книга Рыжее (не)счастье императора, страница 53 – Светлана Томская

— Тея, вставай, с тобой сегодня просто невозможно спать. Всю ночь кричишь, стонешь, — голос Коры сух и безжизненен. — Я принесла воды, два кувшина.

Смотрю на узкую жёсткую полоску губ и не узнаю свою весёлую оптимистичную подругу.

— Кора, ты скажешь, что с тобой происходит?

Она пожимает плечами, отводя взгляд.

— Ничего особенного, просто волнуюсь.

Опять в голосе что-то неестественное. И я не выдерживаю.

— Ты знаешь, я больше всего не люблю недоговорённостей, и когда надо следить за каждым словом. Если мы друзья, и, если я что-то не так делаю, лучше скажи прямо.

Возможно, я сказала это слишком жёстко. Но это потому, что мне больно видеть, как изменилась моя подруга. Я пытаюсь до неё достучаться.

Кора возводит глаза к потолку, и я чувствую, что ей стоит огромных усилий не разреветься. На нижних веках уже поблёскивает влага.

— Ты всё делаешь так, — её голос проседает, паузы между словами становятся длиннее. Кора пытается справиться со спазмами, сжимающими её горло. — Просто у меня сейчас такой период, что я не знаю, что будет со мной завтра. И я не могу сейчас быть лёгкой и весёлой, такой, как ты привыкла. Ты… вы госпожа, можете отказаться от моих услуг, но я сейчас не могу полностью взять себя в руки и притвориться.

Меня окатывает просто жесточайшее чувство вины. Я вскакиваю и обнимаю Кору крепко-крепко.

— Не говори так. Прости меня, мне показалось, что ты что-то скрываешь, а мне надо знать, чтобы помочь, — пытаюсь оправдаться, а в памяти возникает злое и торжествующее лицо моей мамы из сна. Это бред, это сон. Но я начинаю ощущать себя именно такой, способной не почувствовать горе другого человека.

— Ничего, спасибо, — губы Коры по-прежнему сжаты. В глазах тень укора. — Тут нельзя ничего сделать. Я сама справлюсь. Не обращай внимания.

И Кора уходит на завтрак, одна, даже не предложив меня подождать. А вряд ли ей известно, что сегодня меня пригласили на завтрак совершенно в другое место. Что же всё-таки произошло кроме провала на предварительном тестировании.

Между нами преграда, от разговора остался осадок и всё то же чувство вины, только ещё более сильное.

С тяжёлым сердцем начинаю собираться. Инспектор не сказал во сколько зайдёт за мной. Завтраки во дворце наверняка позднее, чем в академии, но ехать почти час. Может стоило всё-таки встать пораньше и перекусить хоть немного в столовой. В животе укоризненно заурчало.

— Ну вот, и тут я везде виновата.

Я уже готова, но мастер Грет, всё ещё не появился.

— Ой! — я вспоминаю про кулон. Нужно срочно ему вернуть. А он отдаст во дворце, кому следует. А если во сне есть хоть толика правды и это кулон очередной императрицы?

Кулона на месте нет. Только белая тряпочка, в которую он был завернут. И кошка, сидящая рядом с подушкой. Но я уже знаю, кто виновник, хоть это и кажется бредом.

— Несси, немедленно верни.

Кошка мешочком плюхается на бок прямо на подушку и начинает потягиваться.

— Несси! — строго говорю я. Но кошка поступает так, как любое существо из этого племени. Она начинает вылизываться. И с особым пренебрежением поднимает заднюю лапу, демонстрируя мне то, что у неё под хвостом.

Неожиданно для самой себя тянусь к ней мысленно, как к Рокси, а вдруг я что-то пойму. И натыкаюсь на насмешливое ощущение. Её насмешка обращена ко мне.