Книга Рыжее (не)счастье императора, страница 27 – Светлана Томская

— Госпожа, Лали…

— Лали, девочка, просто Лали. Что у тебя стряслось? Тебе не понравились наряды, которые я тебе сшила?

— Что вы, они прекрасны, — только сейчас я соображаю, что так и не поблагодарила Лали за те несколько платьев, которые висят у меня в шкафу, а ставшее самым любимым, зелёное, на мне.

— То-то же, — ворчит Лали, — ну а сейчас что за переполох?

— Штаны для верховой езды, — с отчаянием в голосе говорю я, не ожидая, что меня сразу поймут.

— А, наслышана о твоих подвигах, как же. А что так поздно сообразила? Ну-ну, только не зареви мне сейчас.

Лали кряхтя поворачивается к двери и командует:

— Поня!

Из-за её широкой юбки появляется девчонка-подросток.

— Вот госпожа, — она подтаскивает к кровати сумку, раскрывает её и бережно раскладывает на моей кровати три комплекта непривычного вида одежды.

На первый взгляд, это платья, но внизу каждое из них раздваивается на два колокола. Это именно то, о чём я только что говорила, широкая туника, разрезанная между ногами пополам и каждая часть сшита вокруг ноги. То есть у каждой ноги теперь своя юбка.

— Ну, — Лали стоит подбоченясь, — только попробуй сказать, что я тебя не спасла.

— Как вы догадались? — от растерянности мой голос звучит хрипло.

— Ну не сама, конечно. Меня попросили.

— Кто?

— Ты одеваться будешь? — уходит от ответа Лали.

И я спохватываюсь.

— Надевай чёрное, — командует она, — поверь девочка, первое знакомство с ящерами заканчивается полётами и не вверх, а у всех почему-то одинаково вниз. В синем и зелёном будешь красоваться, когда научишься ездить.

— А как его надевают? — в растерянности разглядываю наряд, который никак не натянуть привычным манером через голову.

— Поня, помоги госпоже, и ты тоже, — это она Коре.

Сама бы я точно не справилась. В странное одеяние можно попасть, натягивая его снизу, через ноги. А уже потом Кора совместно с Поней зашнуровали верхнюю часть.

— Лали, — выдохнула я, глядя на себя в зеркало, — но это же неприлично.

— Что именно? — невозмутимо интересуется портниха.

— А, по-моему, божественно, — осторожно влезает в разговор Кора, и заслуживает одобрительный взгляд Лали.

Я снова изучающе оглядываю своё отражение. С нижней частью всё нормально. Когда ноги стоят вместе, кажется, что я в обычном платье. Но вот верх… я пытаюсь ссутулиться, но лучше от этого не становится. Грудь настолько туго обтянута, что эластичная ткань не скрывает формы и это при том, что наряд чёрный и непрозрачный.

— Аааа, — насмешливо тянет Лали, — всё с тобой понятно, дикая девочка. Ты привыкла к балахонам. А на бал в императорский дворец в мешке из-под картошки пойдёшь.

Я невольно фыркнула:

— Скажете тоже, где я, а где императорский дворец.

— Ну я бы не зарекалась, с твоей фигуркой я б на меньшее не рассчитывала.

Торнадо по имени Лали неожиданно оказывается совсем рядом. От чувствительного хлопка между лопаток я непроизвольно вскрикиваю.

— Девочка, запомни, вот эту точку, — Лали тычет мне пальцем ровно в центр груди: — Представь, что к этому месту приклеена ниточка и она натянута вон туда, ровно посерединке между вперёд и вверх. Чуть-чуть. Именно этой точкой тянешься и именно туда. Не так сильно, легонько. Как учили меня, грудь должна смотреть вперёд «не вызывающе, но нежно». Спинку не прогибаешь, а тянешь голову вверх, словно у тебя на голове кувшин с водой.