Книга Запрет на истинность, страница 24 – Светлана Томская

— Да, конечно, — соглашается магистр. — Лучше будет, если вы в начале знакомства с ней будете под присмотром.

Сегодня у меня всё получается с первого раза. Наверное, надо за это сказать спасибо Эйнару. Вчера он меня научил некоторым приёмам, как обхитрить ящера, которому не очень хочется надевать уздечку. Мне даже мерещится в какой-то момент запах полыни. Оглядываюсь. Нет, померещилось.

Вот куда он делся?

Ответ на этот совершенно не интересующий меня вопрос я получаю, когда в составе группы первокурсников въезжаю на большой полигон, предназначенный для выездки и тренировки рептилий.

Нас встречает звон мечей.

Само по себе это не редкость. Боевой факультет тренируется на этом полигоне каждый день. Обычно младшие курсы нарабатывают в парах удары и защиты, а старшие нередко устраивают настоящие поединки.

Моего брата, хоть он и учится на первом курсе, порой зовут на тренировку старшекурсники. У Роана есть опыт реальных боёв. И парням интересно спарринговать с ним.

Чаще всего адепты разбиваются на пары и занимаются все одновременно. Но когда поединки приближены к реальным, то сражается одна пара, а все остальные становятся зрителями.

Сегодня всё по-другому! Происходит нечто странное. Настолько, что даже магистр Аргус, который едет впереди, решает отложить начало нашей тренировки. И едва наша группа пересекает линию въездных ворот, он делает нам знак рукой, чтобы мы остановились.

На площадке идёт необычный бой. Трое, или нет, четверо против одного. И тот, кто в центре, невероятен. Это не человек — это смерч.

Мужчина обнажён по пояс, но рассмотреть его невозможно, с такой молниеносной скоростью он перемещается. В каждой его руке по мечу, превратившемуся в размытый сверкающий круг.

Его четверо противников не миндальничают. Чувствуется, что они порядком раздражены тем, что не могут вчетвером достать своими мечами одного единственного человека.

Никакого изящества: жёсткие рубящие и колющие удары, рваные вскики, в которых чувствуется досада. Ощущение такое, что парни забыли о своей защите, и у них осталась одна единственная цель: достать, зацепить того, кто кажется неуязвимым.

Для мечей во время таких боёв используется магическое покрытие. Кромка лезвия не может ранить человека, но каждое прикосновение оставляет красные полосы. И тела нападающих испещрены отметинами цвета крови. Зато на смуглой коже их единственного противника не видно ни пятнышка.

Тот, кого они атакуют, ускоряется и на мгновение превращается в размытое пятно. Четырьмя серебристыми молниями из центра разлетаются выбитые из рук нападающих мечи, и трое парней тоже оказываются на земле. Только одному из четверых удаётся удержаться на ногах.

Тренировочный бой окончен. Человеческое тело в центре обретает очертания.

— Очешуеть, — вырывается у какой-то девушки из нашей группы.

И я с ней согласна, только сказать не могу, потому что дыхание перехватило.

Я узнаю мужчину, который только что, словно котят, раскидал лучших бойцов Академии. Эйнар некоторое время стоит в центре площадки неподвижно, успокаивая дыхание. А я не могу отвести взгляд.

Никогда не видела более совершенного тела: мощная рельефная грудь, бугрящиеся мышцы на руках, всё ещё сжимающих клинки, поджарый живот и тёмная дорожка волос, исчезающая за поясом низко сидящих на бёдрах штанов.