Книга Запрет на истинность, страница 14 – Светлана Томская

Сажусь рядом с Анисой. И только сейчас соображаю, что у меня с собой ничего нет: ни тетради, ни ручки. Пришла, называется, на лекцию. Хорошо, что подруга, привыкшая к моей безалаберности, обо мне позаботилась.

— Держи, — шёпотом говорит она и пододвигает ко мне тоненькую чистую тетрадку с ручкой и парой цветных карандашей для зарисовки плетений.

Отвечаю ей благодарным взглядом и склоняюсь над тетрадью. Запишу хотя бы половину лекции, а вечером постараюсь переписать у Анисы остальное.

— Особое значение в нюансировке воздействий на организм человека приобрели новые разработки по внедрению в разные фазы приготовления…

Конспектировать я умею, не вникая особо в смысл слов. Это уже навык. Но скоро зачёт, и на этот раз я пытаюсь сосредоточиться на том, что говорит магистр. Речь о применении стихийной магии для приготовления целебных растворов. Стихии — это моё, а зельеварение — не особенно. Минут пять мне удаётся удерживать внимание, но потом я сдаюсь.

Рука продолжает записывать слова и срисовывать с доски плетения только потому, что конспект на зачётах и экзаменах обязательно проверяют. Запоминать самой мне необязательно. Райлинг вкладывает сложные рисунки в мой мозг так, что не сотрёшь. И в нужный момент моя драконица выдаст мне необходимое на блюдечке. С другой стороны, лучше, конечно, понимать смысл того, что тебе подсказывают, но сейчас это особенно сложно.

Моя мысль возвращается к недавнему запечатлению. Прислушиваюсь к себе в надежде поймать его отзвуки и почувствовать, где сейчас моя ящерка. Понимаю, что рано.

Теорию я знаю: после запечатления нужно долго и ежедневно заниматься со своим ящером, чтобы связь не просто укрепилась, но и начала включаться даже на расстоянии. Причём ящеры начинают чувствовать своего мага сразу же, а вот человек, в отличие от них, несовершенен, ему нужно время. А мне так хочется ускорить.

Аниса толкает меня ногой под столом.

А? Что?

— Прошу вас, адепт Айрис, — говорит магистр Лария. — Сейчас вы нам покажете, как разные стихии действуют на одно и то же уже готовое зелье.

М-да, не судьба отсидеться. Выхожу к доске.

Рядом с кафедрой на отдельном столе четыре прозрачных сосуда с чем-то зелёным.

— Для начала ответьте на вопрос, какие именно травы входят в состав средства от джерайской лихорадки.

Стук в дверь, и в дверях аудитории появляется секретарь ректора.

— Простите, магистр Лария, что прерываю. Мне велено самому представить вам нового адепта, которого перевели сразу на третий курс из Академии Хорнии.

Воздушник? Как же вовремя его привели. Есть время сосредоточиться.

Наклоняюсь к ближайшему сосуду и подключаю обоняние Райлинг. Сейчас моя девочка разберёт эти запахи на отдельные составные части. Так, ну чабрец я и сама знаю, мяту тоже ни с чем не перепутать.

Общий вздох удивления, пронёсшийся по аудитории, заставляет меня поднять глаза и остолбенеть.

Что мог делать чамп в Академии воздушников Хорнии?

На губах чампа уже знакомая провокационная улыбочка, и смотрит он прямо на меня. Вот ведь незадача. Не мог перевестись на какой-нибудь другой курс? Надо же, чтобы так совпало. Надеюсь, что пересечение с ним будет только в лекционном потоке. На артефакторику чампы не поступают. Все, кто приезжает из Чампии в нашу академию, выбирают боевой факультет.