Книга Запрет на истинность, страница 111 – Светлана Томская

Оказавшись снаружи, я останавливаюсь, привыкая к свету после тёмного помещения. Щурюсь от ярких солнечных лучей. На меня обрушивается летний зной. Когда у тебя есть магия, многие вещи ты делаешь не задумываясь, охлаждаешь или нагреваешь тело в зависимости от погоды.

Пытаюсь оглядеться, но один из сопровождающих уже подталкивает меня в спину в направлении тропинки, уходящей в лес.

Передёргиваю плечами. Они ведь не знают, кто я, если ведут себя так бесцеремонно. Может, есть шанс договориться? Умудряюсь осмотреться на ходу, вроде нигде не видно ни Скайруса, ни Ирвина. Предателя Дангура тоже нет. Надо попробовать.

— Кто вы такие?

Молчание.

— Вам известно, что я…

Один из мужчин грубо бросает:

— Мы знаем, кто ты. Иди вперёд.

Ещё один толчок в спину.

Хорошо утоптанная лесная тропинка петляет между деревьями. Кроны деревьев смыкаются над головой. Солнечные пятна узором ложатся на землю. Вдыхаю ароматы хвойного леса. Какой прекрасный день для того, чтобы жить.

А потом деревья внезапно расступаются, и передо мной открывается огромное пространство, лишённое растительности. Земля чёрная, словно выжженная. Но не это пугает. Волна ледяных мурашек пробегает по позвоночнику.

Я резко останавливаюсь.

Посреди поляны возвышается пирамида Асхара в миниатюре. Её верхушка ниже уровня верхних веток деревьев. С воздуха её можно увидеть, только если пролететь прямо над ней, то есть случайно.

Дикое капище? Однажды, когда я была совсем маленькой, у меня получилось подслушать на кухне рассказ одной странницы. Она говорила, что в тайных, скрытых от всех местах силы с древних времён существуют крошечные подобия пирамид Асхара, где до сих пор чтят древних богов, принося кровавые жертвы. И что она еле спаслась из одного из таких мест.

Перепуганная, я побежала к маме, и она ответила, что всё это выдумки необразованных людей. Все храмы Асхара известны, древние жертвенники давно разрушены временем. Тем не менее детское воображение было настолько сильным, что в первую же ночь я проснулась от собственного крика.

И вот сейчас я стою перед одним из таких капищ.

Толчок в спину и короткий приказ:

— Иди.

Шелест чёрного песка под ногами. Белая стена всё ближе. На ней многочисленные барельефы: фигурки людей, изображения драконов. Красиво. Странно, что я об этом вообще думаю.

Шаг, ещё шаг.

В стене открывается проём, в котором появляется облачённый в белую хламиду Скайрус.

По мере того как подхожу ближе, убеждаюсь, что отличия не только в размере. Все известные мне храмы либо пятиугольные в основании, либо круглые. Но даже если храм напоминает большой конус, в его стенах от верхушки до земли, на равном расстоянии друг от друга выдолблено пять желобов. Пять граней или пять желобов, символизирующих стихии. И вершина всегда срезана. В древности эта плоская площадка использовалась для жертвоприношений.

Пирамида же, у входа в которую меня поджидает Скайрус, непривычно четырёхугольная. Пятая стихия в нашем мире давно себя не проявляла, но о ней помнят, а здесь от неё, похоже, отреклись.

И вершина не плоская. Острие пирамиды уставлено в небо, подобно наконечнику копья. Протест против воли Асхара?

Двое сопровождающих меня мужчин остаются снаружи, а Скайрус делает шаг в сторону и с издевательским поклоном показывает мне жестом на тёмный зев прохода.