Книга Дознаватель на отдыхе, страница 8 – Ната Тихая

После непродолжительного молчания мы вернулись к обсуждению дела о пропаже девушек. Провозились до вечера, и к этому времени моя голова гудела. Я потер виски и прикрыл уставшие глаза.

За это время мы так ни к чему не пришли, ни одной идеи, которая могла нам помочь распутать этот клубок. Именно за это я и не любил расследовать пропажу людей.

Я открыл глаза, встал, пообещав еще подумать над делом, и вышел из кабинета. Проведя полдня с Генри, у меня сложилось двоякое чувство и закралась мысль не доверять ему.

На свежем воздухе мне стало лучше. Немного подумав, я решил направиться к чайной госпожи Рид. По пути я продолжил размышлять о поведении Алары и молчании Генри во время нашего разговора. Их связь оставалась для меня загадкой, и, возможно, в этом крылась причина, по которой Генри пренебрег стандартной процедурой допроса. Мне стало интересно пообщаться с ней еще, меня что-то зацепило в этой хрупкой девушке.

Выйдя из дома, я понял, что не знаю адреса чайной, и пошел в сторону главной площади, к моему счастью, она нашлась на соседней торговой улице. Я остановился напротив маленькой лавки с большими окнами и интересным названием «Персиковые цветы». Я улыбнулся от странного сравнения, что всплыло в голове, когда прикоснулся к кованной ручке двери, Алара сама походила на нежный плод персика. Я открыл дверь, и звонкий звук колокольчика оповестил о моем приходе. В небольшом помещении пахло теплым чаем и деревом.

Алара расставляла маленькие баночки на полки, стоя ко мне спиной и не замечая моего прихода. Я залюбовался ее тонким силуэтом. Постоял так пару секунд и вошел, прикрыв дверь. Колокольчик звякнул еще раз. Алара спустилась с небольшой приставной лестницы и удивленно посмотрела на меня.

— Вы хотели еще что-то узнать?

Ее голос дрогнул, когда она подошла ближе.

Я невольно залюбовался ее чертами и не сразу ответил.

— Я пришел извиниться, — проговорил я. — Наверное, мы напугали вас внезапным допросом.

— Нет, — улыбнулась Алара и подняла взгляд карих глаз, что напоминали крепкий черный чай. — Я была очень удивлена, господин де Фон. Простите, что не смогла помочь.

— Вам не стоит извиняться.

— Но вы выглядели расстроенным от моих ответов.

Мы оба замолчали. Алара отвернулась от меня, и в ее профиле мелькнуло что-то смутно знакомое.

— Может, вас угостить чаем? — мягко спросила она.

— Буду рад.

— Какой вы предпочитаете?

Она заглянула мне в глаза.

— Ваш любимый, — ответил я первое, что пришло в голову.

Алара, услышав мой ответ, залилась легким румянцем, и я снова поймал себя на мысли, что она похожа на персик.

— Хорошо.

Она потянулась к самой большой баночке с непонятными для меня письменами.

Пока она готовила чай, я мог оглядеться. Внутри было пару маленьких круглых столиков в углу, большой прилавок из темного кипариса и множество стеклянных баночек с чаем на полках. Мне здесь понравилось, потому что было уютно.

Я присел за ближайший столик и посмотрел в окно, где мерк свет дня. Краски заката сходили с неба, передавая эстафету серому сумраку, который начнет зажигать звезды в вышине. Было неучтиво с моей стороны задерживать девушку, потому что я явно пришел к закрытию и теперь из-за вежливости она не может пойти домой.

Когда снова взглянул на Алару, в моей голове зажглась мысль, и я ухватился за нее. Большая часть импорта чая в стране принадлежала герцогине Элеоноре де Ридли. Будучи фавориткой бывшего правителя, она сопровождала его на восточные острова, где и заинтересовалась местным напитком, что согревал и освежал одновременно. Привезя его собой, она устраивала званые вечера и угощала им гостей. Вскоре он прижился в высших кругах, и многие начали подражать герцогине, но вот достать чай было сложно. Предприимчивая женщина начала вести переписку с восточным королем и скоро получила от двух правителей разрешение на продажу. Элеонора во многих городах открыла чайные лавки. После смерти герцогини чайные и сам импорт разделились между членами ее семьи. Это все означало, что передо мной одна из внучек.