Книга Договор. Проклятие ведьмы, страница 57 – Таша Воин

— Да постоянно! — огрызнулся Глеб. — Некоторым нужно неоднократно получить магическим прессом, чтобы понять, что они не в силах продавить меня!

— Они не воспринимают меня всерьез, несмотря на бесконечные демонстрации! — вспылила Ксения, и сила взметнулась вокруг, вымораживая пространство.

— Успокойся! Не все сразу! Помни — большая сила — большая ответственность! Ты приняла решение стать Верховной, и теперь только тебе нести это бремя и разгребать последствия твоего решения! — едко ухмыльнулся Глеб.

— На последнем собрании старая Гелла сказала, что у меня есть какие-то рычаги давления на оборотней. Что я могу им приказывать? Это так? — Ксения пронзительно посмотрела на отца.

— Не думаю, что ты захочешь воспользоваться данной тебе властью, — со вздохом ответил Глеб. — Я и не рассказал тебе всего, когда ты стала Верховной.

— Не много ли тайн? — окрысилась Ксения.

— Ты хочешь все знать? Что есть древний договор, заставляющий оборотней повиноваться воле Главы Ковена? Ты хочешь приказывать и упиваться властью? Смотреть, как гордого зверя корежит из-за выполнения твоей воли? Ты этого хочешь?! — невольно повысил голос Глеб, а Ксения новым взглядом посмотрела на отца.

— Ты так не смог?!

— Да, я смог создать лишь видимость жестокого отношения, но я никогда не пользовался этим правом, чтобы изъявлять свою волю. Мы спокойно договаривались обо всем с Вожаками.

— Они часто менялись?

— Звериная натура рано или поздно берет верх, и на трон всходит самый сильный и авторитетный лидер, убивая старого Вожака.

— Так было всегда?

— И так будет! Вон и твой Макс стал Вожаком, победив старого в честной схватке, как пишут в донесениях, — читал дальше Глеб.

— Он не мой! — вспылила Ксения, и ее сила снова взметнулась вокруг ведьмы.

— Не твой, хорошо, — ухмыльнулся Глеб, хитро поглядывая на дочь. — А ведь старик правил оборотнями больше века! На моей памяти это один из самых долгих сроков! Интересно, когда-нибудь исчезнет эта убийственная традиция? Пусть бы на пенсию отправляли, что ли! — хохотнул он.

— А что Мия говорит о планах своего сына? — серьезно посмотрела на отца Ксения.

— Да ничего! После шокирующего похищения ребенка ее сыновья скрылись и никак о себе не заявляют. Также исчезла и Настя. Подозреваю, это именно она убила свою мать, хотя доказать это невозможно, — потер переносицу Глеб. — Мне кажется, что результаты действий стай под новым руководством мы увидим намного быстрее, чем хотелось бы.

Ксения задумчиво посмотрела в окно, где наступала душная августовская ночь. Монро, привстав на задние лапки, вопросительно потрогала колено ведьмы и мурлыкнула. Ксения потрепала мягкие ушки кошки и продолжила смотреть на темнеющий мир за окном. Ей казалось, что ее мягко и неумолимо тащит куда-то. Что все вокруг знают что-то важное, но не собираются делиться с ней этим знанием.

Наступила осень. Солнце уже не радовало своим теплом, все чаще скрываясь за хмурыми тучами. Деревья стали менять летнее зеленое одеяние на играющее огненными красками убранство. Желтые, багряные, оранжевые листья, срываемые порывами прохладного ветра, кружились и падали на сырую землю. Ксения сидела на широком подоконнике, обняв колени, и грустно смотрела в окно. Она отчаянно скучала по своей подруге. Не с кем больше было шутить, делиться впечатлениями, выпить бокальчик-другой вина. Разумеется, они переписывались в мессенджере. Но редкие короткие сообщения никак не могли заменить тепло живого общения. Настя молчала о том, где она, и с ней ли ее сын. Лишь давала знать, что она жива, раз пишет. Неизвестность раздражала и пугала. Но Ксения не могла давить на подругу, боясь навредить.