Книга Фиктивная невеста босса, страница 77 – Рина Фиори

Пытаюсь изобразить безразличие, хотя внутри всё разрывается от боли и негодования. На Сашу, на Валентину Сергеевну, на саму себя, в конце концов.

Но становится ещё больнее, когда вижу недоумение на красивом, мужественном лице. Красовский растерянно блуждает взглядом сначала по моему лицу, а потом перемещает его куда-то в пустоту.

В груди колет, словно кто-то вставил в сердце ржавую проволоку и крутит её сначала в одну сторону, потом в другую, и снова, и снова…

— Если это такая шутка, то она совершенно не смешная, – Красовский начинает говорить первым.

— А разве похоже, что я шучу? – произношу хрипло. Не думала, что это так сложно – смотреть в глаза мужчине, который тебе не безразличен, и изображать равнодушие.

— То есть, – Красовский повышает голос, – ты просто решила, что хватит. И всё? Других причин нет?

Я отрицательно качаю головой. Отлично понимаю, что сейчас он напомнит мне про полгода, про договор. В ход может пойти шантаж или даже угрозы, но всё это меркнет на фоне того холода, который излучают небесно-голубые глаза.

Однако оказывается, что я плохо знаю Красовского. Он не собирается применять что-либо из вышеперечисленного мною. Просто присаживается на диван и опускает голову на руки, шумно выпустив воздух из лёгких.

— Какой же я дурак, – вдруг смеется мужчина, – поверил, что у нас может что-то получиться. Скажи, а зачем тогда ты… вот это вот всё, м? Просто скучно было?

От его слов хочется завыть в голос, откуда вообще такие выводы?

— Ничего подобного я не хотела и не планировала, – начинаю зачем-то оправдываться, – просто поняла, что…

— Что? Что ты поняла? – он опять срывается с места и подлетает ко мне, нависая грозной скалой. Я делаю пару шагов назад и виновато поджимаю губы. – Я совсем дурак, по-твоему, не понимаю, что произошло что-то?

Саша активно жестикулирует, из-за чего кажется мне немного не похожим на себя обычного. Сдержанность и выдержка испарились, а на смену пришли злость и раздражение.

— Мальвина, – он кладет горячие ладони на мои плечи и слегка сжимает их, – скажи, я тебя умоляю, в чём дело. Я обидел тебя чем-то?

В его взгляде столько мольбы и отчаяния, что я чувствую себя виноватой перед боссом. Образ сурового мужчины, который пугал одним своим видом никак не вяжется с тем Красовским, который ждет моего решения.

Мне начинает казаться, что он имеет право знать о причинах моего побега. Поймёт или нет – не моя забота, но я должна рассказать Саше всё.

— Я понятия не имею, с чего начать, – тяжело выдыхаю, опускаясь на диван, стоящий в кабинете Александра.

Не знаю, на что я рассчитывала, соглашаясь на этот непростой разговор.

Саша стоит напротив дивана и, сложив руки на груди,терпеливо ждет, пока я подберу правильные слова. Мне страшно упоминать о том, что вчера к нам приходила его мать, ведь это может вызвать совершенно непредсказуемую реакцию. От полного безразличия до вспышки гнева, способного превратить в пепел всё на своём пути.

— Я узнала кое-что такое, что не даёт мне покоя.

Решаю сгладить острые углы, но не понимаю, почему меня не оставляет ощущение, словно я оправдываюсь сейчас. С одной стороны, так оно и есть: я сбежала, ничего не сказав, и Саша в моих личных заморочках не виноват совершенно. А с другой, если он так ненавидит детей, что даже захотел убить собственного, то как я могу находиться с ним рядом? Да ещё и вместе со Стешкой?