Книга Хрустальная сказка, страница 141 – Макс Рейн

— Ох, Ник, было бы круто! Бабка моя говорила: «На словах как на дрожжах – главное, чтоб не перекисло!»

— Потанцуем? – Ник протянул ей руку.

— Сейчас, только переобуюсь. Лол, пойдёшь со мной? – Лола встала и направилась с подругой в дамскую комнату.

По дороге Пегги не могла сдержать эмоций.

— Ты видела? Пьер глаз с меня не сводит. Придурок! Похоже, уже и забыл, что пришёл с этой курицей, – в её голосе смешались злость и удовлетворение.

— Единственное, что мне было нужно – это любовь, – с неожиданной горечью призналась она. – А он что наделал?.. Я вообще поняла – он меня никогда не любил. Мы просто совпали травмами.

— Какими травмами? – Лола остановилась перед зеркалом.

— У него крыша поехала от бабла, а у меня – от его отсутствия. Короче, мы поняли друг друга.

— Совместимость по психическим проблемам гораздо интереснее, чем по гороскопу, – философски заключила Лола, доставая из сумки пудреницу.

— А вообще, нужно научиться любить себя и только себя, – задумчиво продолжала Пегги.

— Мне Алекс как-то сказал, что любовь к себе приходит через усталость от того, что пытаешься понравиться кому-то. Когда наконец-то доходит, что надо и свои чувства учитывать, понимаешь? Как будто собираешь все свои поломанные кусочки как пазл. И вместо того чтобы швырять их в кого-то, склеиваешь, холишь и лелеешь. Если не получается любить себя, значит, недостаточно устал.

— Умный он у тебя… Даже слишком, – буркнула Пегги.

— Ага, – с гордостью подтвердила Лола.

— Кстати, его видео «Как не нужно преображаться», сделало меня знаменитой. Я уже со счёту сбилась, сколько у меня подписчиков. Удивительно, как у него получается создавать такой вирусный контент.

Пегги с явным облегчением переобулась в разношенные балетки.

— Ты их с собой принесла? – удивилась Лола, глядя на подругу в зеркало.

— А ты думала, я совсем сдурела – весь вечер на этих ходулях стоять? Щас! – довольно усмехнулась Пегги. В её глазах заплясали озорные искорки.

* * *

Антуан схватил стоящую в углу швабру и осторожно приоткрыл дверь в гардеробную. Сердце ушло в пятки. Было невыносимо страшно сделать шаг. Он прислонился к двери, борясь с тошнотой. С большим трудом заставил себя осторожно заглянуть внутрь. В просторной гардеробной никого не было. Зеркала, установленные дизайнерами на шкафах, отражали его собственное безумное лицо. В руках дрожала швабра – жалкое оружие, на которое смешно было надеяться.

Едва уловимый шорох прошёлся по нервам, как скрип ногтей по стеклу. Антуан медленно открыл дверцу шкафа. Пусто. Открыл следующую. Тоже никого. Одну за другой он отворял створки, ощупывая взглядом каждый угол, водил шваброй по тёмным местам. В гардеробной все выглядело обычным, но в этой обычности что-то было не так.

И тут Антуана как молнией ударило. Здесь должен быть тайный проход. Иначе как этот человек мог исчезнуть?

Антуан вновь принялся проверять шкафы и стучать по стенам. Смотрел в ящиках, заглядывал под полки. Чуть не сорвался вниз, забираясь на антресоль. Всё впустую. Он обессиленно опустился на пол и обхватил голову руками. Так легко эту загадку не разгадать. Кто-то чрезвычайно хитрый шел против него. Этот кто-то решил его уничтожить, и теперь Антуан у него в руках.

С трудом заставив себя подняться, Антуан зацепился взглядом за край коврика, заметив едва различимую складку на персидской дорожке. Он подошёл ближе, разглядывая каждую нить, каждый стежок – что-то было не так в плавном узоре. Красные линии сплетались с синими, золотые нити мерцали в ворсе, этой складки там точно не было. Антуан тяжело сглотнул и опустился на колени. Тело не слушалось. Пальцы скользнули по ворсу. Антуан начал скручивать ковёр в рулон. Тёмная древесина паркета открывалась медленно, доска за доской. В тусклом свете проступали царапины, потёртости. Внезапно он увидел в полу ровный квадратный вырез с маленькой металлической скобой на петлях. Люк. Волосы на затылки зашевелились.