Книга Под звездным дождем, страница 75 – Макс Рейн

— Ешкин дрын! – всплеснула руками бабка. – Да он уже полчаса тебе талдычит! Внук Борислава Новака – Шиманский Кирилл. Еще раз спросишь, думаешь, он кем-то другим станет?

— А давайте вы не будете вмешиваться.

— А давайте без давайте!

— Коля! – бросилась Катерина к мужу. – Скажи что-нибудь своей матери. Это просто невыносимо!

— Да если бы он умел говорить, генералом бы сейчас был!

— Сколько можно твердить одно и то же? – вызверилась Катерина.

— Если я стану говорить каждый раз разные вещи, буду представлять сугубо медицинский интерес, – парировала Серафима.

— А чем, скажите, ваш сын сейчас плохо живет? Я всегда знала, что он хорошо устроится, и долгие годы верила в него.

— Больше всего в мужика верит та, которой неохота работать, – ехидно заметила бабка.

— Я дочь растила! – начала оправдываться Катерина.

— Вот и вырастила! Детей учить – не лясы точить.

— Господи, какие вы все бессердечные! Может, этот ваш Шиманский замучил ее уже где-то, надругался, а может даже и убил, а вы все меня упрекаете! – Катерина принялась громко рыдать.

— Молчи, дура, еще накликаешь, – рассердилась свекровь. – Мысли у тебя как стая диких обезьян.

— Хватит! – загремел Николай. – Устроили тут истерику. Ничего с Сонькой не будет, нагуляется и явится домой.

Он распахнул дверцу буфета, налил в рюмку водку, опрокинул, не закусывая, и ушел спать. Катерина открыла было рот, чтобы что-то сказать, но звонкий сигнал автомобиля заставил всех четверых выбежать во двор. Красный внедорожник, прихрамывая на кочках, быстро подъезжал к воротам. Из водительского окна выглядывала довольная рожа Алика.

— Забирайте свою пропажу! – кричал он. – Нашлась она.

Автомобиль затормозил, и Сонька вылезла из машины. Кирилл последовал за ней, но она остановила его, тихо сказав:

— Не сейчас.

Мокрая, грязная, с серым лицом Сонька предстала перед домочадцами.

— О, Господи! – ахнула Катерина.

— Какое сказочное свинство!^[13] – уколола Вика.

— А ну марш все домой, – громко скомандовала бабка.

Сонька стояла посреди гостиной в чистой сухой одежде, высушенные наскоро волосы топорщились во все стороны. Она стояла, молодая и беспечная, не понимая, почему в доме произошел переполох. Смотрела мимо мамы, мимо бабки и не скажешь, что ушла в себя. Нет, она смотрела в некое событие, которое будоражило и окрыляло ее. Глаза горели невероятным блеском, на лице блуждала легкая улыбка.

— Ты пила? – дрожащим голосом спросила Катерина, не узнавая дочь. – С ним, да? Он тебя напоил? Что он с тобой еще сделал? Не молчи! – тормошила она Соньку. – Надругался? Использовал?!

Соня странно улыбалась. «Что это с мамой? – думала она. – Нельзя же такие глупости говорить всерьез».

— Скажи уже что-нибудь! – закричала Катерина.

— Мам, успокойся! – произнесла Сонька тихо. – Кирилл мне ничего не сделал, и я не пила.

— Тогда почему ты такая?

— Потому что я, мама, счастливая.

— Что? – растерялась Катерина, будто получила черпаком по лбу.

— Мама, мы с Кириллом любим друг друга… Сегодня он мне сделал предложение, и я согласилась. После школы я поеду к нему в военную часть.

Соня произносила слова спокойно, уверенно, и чем дольше она говорила, тем хуже становилось Катерине. «Это какой-то дурной сон, – думала она. – Согласилась замуж, военная часть. Это Сонька вообще?»