Книга Рецепт: как вернуть любовь, страница 42 – Саша Вандэр

— Согласен, – ответил он, глядя на меня.

— Тут так…

— Спокойно, – закончил за меня Никита.

— Да, – подтвердила я. – Спасибо тебе большое за то, что отшвырнул от меня этого придурка.

— Я знаю… – Никита нахмурился, и я заметила, как напряглись его челюсти. – Про осенний бал.

Я отвернулась, чувствуя, как щёки заливаются краской. Сжимая ещё теплый стаканчик в руках, я поправила сползшую шапку на голове. Конечно, он знал. Возможно, кто-то рассказал Никите о том, что произошло, или он сам своими глазами увидел всю эту мерзость, которую обо мне распространяли в социальных сетях. Внутри всё болезненно сжалось. Мне так хотелось быть идеальной хотя бы для одного человека. Для Никиты.

— Да уж… Этот бал я запомню на всю жизнь, – я попыталась усмехнуться, но получилось криво.

— Почему ты пришла в тот день в кондитерскую? – его вопрос застал меня врасплох.

Почему? Я хотела почувствовать себя в безопасности… рядом с Никитой. Хотелось, чтобы он меня пожалел. Хотелось, чтобы он приободрил меня, сказав что-то хорошее. Я просто хотела, чтобы в трудную минуту он был рядом.

— В тот момент я была настолько подавлена, что просто запрыгнула в первый попавшийся автобус. Он ехал по Красному проспекту, и я вдруг вспомнила про кондитерскую. Не думая, вышла на ближайшей остановке. Я просто… – слова застряли в горле, а глаза снова наполнились непрошеными слезами.

— Просто? – переспросил Никита.

— Просто мне так сильно захотелось тебя увидеть, – призналась я, и слёзы потекли по щекам.

Я смотрела на деревья, на случайных прохожих, лишь бы не столкнуться с ним взглядом. Боялась увидеть в нём отвращение или безразличие ко мне. Тишина стала давить. Зачем я сейчас это сказала? Лучше помалкивала бы в тряпочку. Но Никита придвинулся ко мне и обнял меня, крепко прижимая к себе.

— Тебе надо было всё рассказать мне, – тихо произнёс он.

И тут меня прорвало. Слёзы хлынули потоком, обжигая щёки. Я вцепилась в его куртку, уткнувшись в неё лицом, и рыдала, не в силах остановиться, чувствуя, как плечи дрожат от беззвучных всхлипов.

— Поля, не плачь, – он говорил это так нежно, так искренне, что это было самым лучшим утешением. – Всё в прошлом.

Сквозь слёзы, я уловила знакомый аромат хвои. Это был запах Никиты. И он, как лучик света в темноте, принёс с собой такое желанное тепло и чувство полной безопасности. Постепенно всхлипы начали затихать, а Никита всё так же нежно ладил меня по спине. Когда я наконец смогла отстраниться, мой взгляд упал на его куртку. Там красовалось тёмное пятно от моих слёз и, кажется, соплей. Стало ужасно неловко. Достав из сумки упаковку влажных салфеток, я принялась оттирать следы своей слабости. Никита мягко накрыл мою руку своей. Я подняла взгляд, и наши глаза встретились. В его ангельских глазах не было осуждения, но что-то там мелькнуло, отчего моё сердце забилось быстрее. Что это было? Сочувствие? Нежность?

— Прости, – прошептала я, чувствуя себя невероятно глупо.

— Не переживай, потом постираю, – ответил Никита с легкой улыбкой, поднимаясь со скамейки и увлекая меня за собой. – Ты голодна?

— Немного, – призналась я, робко улыбнувшись в ответ.

— Тогда пойдём?

— Пойдём, – согласилась я, не задавая лишних вопросов.

Когда мы вышли из парка, воздух наполнился звуками города, и тут же зазвонил телефон Никиты. Он принял вызов, не разжимая моей руки, и, продолжая идти, начал говорить, его голос смешивался с шумом улицы.