Книга Неверный. Хватит лжи, страница 41 – Лена Грин

Пока мы поднимались по широкой лестнице, я невольно разглядывала интерьер. Здесь не было ничего лишнего или кричащего. Тёмное дерево, стены цвета топлёного молока и мягкий свет бра, который скрадывал углы.

На стенах вдоль лестничного пролёта висели фотографии. На одной из них я заметила Олега, он стоял рядом с мужчиной, который смеялся, закинув руку ему на плечо. Оба в простых футболках, на фоне какого-то озера.

Я догадалась, что это отец Артёма, сходство было заметно. Глядя на их открытые лица, я могла предположить, какую пустоту оставила гибель этого человека.

Артём шёл впереди, и в этом огромном пространстве его маленькая фигурка казалась совсем хрупкой. Он привёл меня в свою комнату, она была просторной, светлой и на удивление аккуратной.

Здесь не было разбросанных игрушек, зато все полки были заставлены книгами, а у окна стоял большой телескоп, направленный в тёмное небо.

Мы просидели там минут пятнадцать. Я не пыталась его разговорить, понимая, что сейчас ему нужнее просто моё присутствие.

Артём листал большой, потрёпанный по углам атлас созвездий. На тёмных страницах мерцали туманности и россыпи звёзд, а он сосредоточенно прослеживал пальцем тонкие линии, показывая мне.

Наверное, в этом безмолвном космосе он чувствовал себя гораздо уютнее, чем в мире взрослых, где люди внезапно исчезают, а оставшиеся — плачут за закрытыми дверями.

Постепенно звуки внизу стихли, зато послышались шаги в коридоре. В дверях появился Олег, без пиджака, в белой рубашке с расстёгнутым воротом, он выглядел бесконечно измотанным, но, увидев нас, словно внутренне сгруппировался.

— Настя? — он не ожидал меня здесь увидеть.

Я поднялась.

— Прости, мы не договаривались, но я посчитала…

— Спасибо, — на его лице проступило облегчение. — Мы можем поговорить? Тём, иди вниз, Зоя ждёт тебя на кухне.

Мальчик послушно поднялся, задел моё плечо рукой, прощаясь, и вышел. Олег проводил его взглядом, а потом повернулся ко мне.

— Пройдём?

Его кабинет находился в самом конце коридора. Когда мы вошли, он не стал включать основной свет, ограничившись настольной лампой.

Тяжело опустился в кресло и на мгновение прикрыл глаза ладонями. В этом жесте было столько неприкрытой усталости, что я ему посочувствовала. Захотелось подбодрить его, я села напротив и сказала:

— Артём сегодня заговорил.

— Правда? — мгновенно воодушевился он. — И что сказал?

— «Получилось», — я невольно улыбнулась, вспоминая серьёзное лицо мальчика. — Мы как раз закончили мозаику.

Олег глубоко вздохнул и откинулся на спинку кресла. Жёсткая морщинка между бровей разгладилась, словно эта новость стала для него той самой точкой опоры, которой ему не хватало весь этот бесконечный, выматывающий день.

— Спасибо, Настя, ты даже не представляешь, какой это подарок. Особенно сегодня.

Я не торопила его, не спрашивала, что именно случилось, не собираясь лезть не в своё дело. Но он помолчал, собираясь с мыслями, и сказал:

— Таня беременна, сегодня получила результаты анализов. Жаль, Костя уже не узнает.

Наверное, у меня расширились глаза. Узнать, что беременна от погибшего мужа…

— У неё произошёл нервный срыв, она в шоке. Странная штука — жизнь.

— Да, это, конечно, неожиданно, — осторожно заметила я. — Но ей не придётся быть одной, у неё есть ты и Артём. И он начал возвращаться, это ведь тоже знак, правда?