Книга Ловушка для генерала, страница 34 – Ханна Леншер

— Заставь меня, — прошептал он.

И я сдалась.

Провела кончиками пальцев по его плечу, а второй рукой зарылась в его волосы. Генриху не требовалось повторять дважды. Он рывком подался вперед, втягивая меня в поцелуй.

Взрыв пульсара, только теперь внутри моей грудной клетки. Жадно, горячо и на грани сумасшествия. Его язык собственнически смял мои губы, заставляя раскрыться навстречу.

Сильные руки подхватили мои бедра. Земля ушла из-под ног. Через секунду я оказалась сидящей на нем, и Генрих прижал меня вплотную к себе.

Его губы скользнули по моей шее, к ключице, оставляя за собой дорожку жидкого огня. Я застонала, откидывая голову назад.

В это время его правая рука уверенно хозяйничала под моей юбкой, гладя бедро с такой откровенной лаской, что у меня перед глазами поплыли цветные пятна.

— Марта… — рычал он мне в ключицу.

Мир вокруг перестал существовать, когда его пальцы скользнули по внутренней части бедра, к самому эпицентру моего сумасшествия. Я выгнулась ему навстречу, ловя губами его рот.

Стук.

Дверь процедурного кабинета затряслась от настойчивых ударов.

— Госпожа невеста генерала! — раздался противный, гнусавый голос одного из лекарей. — Вы там? Студенты доложили о взрыве в кабинете! Мне нужен отчет в трех экземплярах для генерала! Что это вы виноваты, а не я!

Я соскочила с упомянутого генерала, как ошпаренная. Хотя Генрих пытался меня удержать, но я оказалась быстрее. И через секунду я уже торопливо поправляла юбку и хватала ртом воздух.

Генрих бросил на запертую дверь такой взгляд, что я посочувствовала исполнительному работнику.

— Три экземпляра, — сквозь зубы процедил генерал. — Сейчас я сделаю из него самого три экземпляра.

— Ланарит, ни с места, — прошипела я, трясущимися руками пытаясь поправить прическу. — Оденься.

— Марта…

— Оденься, я сказала!

Генрих с глухим рыком схватил свою рубашку, накидывая ее на плечи. Я выдохнула и, стараясь придать своему пунцовому лицу выражение строгости, подошла к выходу.

Дверь приоткрыла ровно настолько, чтобы в коридор высунуть только голову. И искренне надеялась, что мой помятый вид и распухшие губы не сильно бросаются в глаза.

Лекарь Финкель стоял на пороге, прижимая к тощей груди папку с бланками. Его острый нос-крючок недовольно дергался, принюхиваясь. В ужасе я замерла, надеясь, что запах лекарств перебьет аромат страсти.

— Госпожа невеста генерала! — гнусаво затянул он, смешно вытягивая шею, пытаясь заглянуть мне за спину. — Там остались только стены! Мебель попортили! Кто будет отчитываться по невозвратным потерям? И почему вы так… э-э… растрепаны?

Я набрала в грудь воздуха, собираясь выдать сложную отговорку про взрыв реагентов. Но не успела сделать и вздоха.

Горячая ладонь по-хозяйски легла мне на талию сзади. Прямо на пояс строгой юбки, под которую еще минуту назад забирались эти самые пальцы.

Ланарит возник за моей спиной, словно древнее божество войны, разбуженное в неподходящий момент. Он даже не потрудился застегнуть рубашку до конца. Расходящаяся на груди белоснежная ткань выставляла смуглую кожу и шрамы напоказ, а зеленые глаза мерцали таким откровенным, свирепым гневом, что Финкель мгновенно побледнел и вжался в косяк.

— Я присутствовал при взрыве, — сурово произнес Генрих, тон его голоса убивал всякое желание дискутировать. — Никаких отчетов не требуется.