Книга Развод в 45. Босс не бросит, страница 61 – Анастасия Бима

— Доброе утро, — ответила она, наливая себе чай. — Что сегодня?

— Встреча в центре, потом приедет Андрей с Настей, — сказал он. — Они хотят показать нам эскизы своей новой мастерской. И ещё звонил Борис Иванович, приглашает на рыбалку в субботу.

Она кивнула. Жизнь текла ровно, как река в спокойном русле. Но внутри, где-то на задворках сознания, Нину не покидало странное чувство — будто что-то вот-вот случится. Она отмахивалась от него, списывала на возрастную мнительность, но тревога сидела под ложечкой.

Она уехала в центр «Дом Нины» на своей машине — теперь у неё был небольшой электромобиль, который Сергей подарил ей в прошлом году. По дороге она слушала аудиокнигу, но мысли блуждали. Она вспоминала тот день, когда стояла у мойки, и вдруг острая благодарность захлестнула её — за то, что она не сдалась, за то, что она ушла, за то, что она позволила себе быть счастливой.

Центр гудел. На втором этаже шёл мастер-класс по керамике, в кофейне играла тихая музыка. Нина прошла в свой кабинет — светлый, с огромным окном, выходящим на город. На столе лежали новые эскизы для третьего филиала. Она хотела сделать его в морском стиле, с корабельными канатами и синими подушками. Она села, взяла карандаш и начала набрасывать.

Зазвонил телефон. Номер был незнакомый, и она подняла трубку с лёгким беспокойством.

— Нина Сергеевна? — женский голос звучал неуверенно, с лёгким акцентом. — Меня зовут Галина. Я не знаю, правильно ли я делаю, что звоню… Мы с вами не знакомы, но я жена Олега, брата вашего мужа.

Нина замерла. Сергей никогда не упоминал брата. За все годы, что они были вместе, он ни разу не сказал ни слова о родственниках, кроме сына Андрея. Она подумала, что это ошибка, какой-то розыгрыш, но голос был слишком живым, слишком дрожащим.

— Простите, — переспросила Нина. — Олега? У Сергея есть брат?

— Был, — глухо сказала Галина. — Он есть. Но они не общаются почти двадцать лет. Я знаю, что это странно, но я звоню, потому что Олег очень болен. Он умирает, Нина Сергеевна. Рак, четвёртая стадия. Врачи дают ему максимум два месяца. Он просит меня позвонить Сергею. Он хочет увидеть его, попрощаться. Я не знала, как сказать, и решила начать с вас. Простите, что врываюсь в вашу жизнь.

Нина откинулась на спинку стула. Перед глазами поплыло. Она вспомнила, как Сергей однажды в разговоре обмолвился, что вырос в деревне, но все родственники умерли. Теперь оказалось, что брат жив, а Сергей скрывал это от неё все годы. Она почувствовала укол обиды, но тут же погасила его. Она знала, как тяжело ему давались откровения — он всегда был закрытым, прятал боль за делами.

— Где он? — спросила она ровно.

— Мы живём в небольшом городе, километров триста отсюда. Если вы решите приехать, я дам адрес. Я понимаю, что это неожиданно, но Олег не просит денег, не просит помощи. Он просто хочет увидеть брата. Сказать ему что-то важное.

Нина записала адрес, поблагодарила и положила трубку. Она сидела, глядя на свои руки — они уже не были красными и потрескавшимися, но иногда она всё ещё видела в них ту женщину из прошлого. Она знала, что должна сказать Сергею. Но как? Как сказать мужчине, который привык держать всё в себе, что его брат, о котором он молчал, умирает и ждёт его?

Она не стала звонить ему — она хотела сказать всё лично. Вечером, когда они остались вдвоём на веранде, она налила ему вина, села рядом и взяла его за руку.