Книга Сорванная свадьба. Люблю тебя до неба!, страница 68 – Виктория Волкова

— Я не хочу за тебя замуж, – заявляет категорично она. – Насчет Леши – договоримся о времени посещения.

— Да не хочу я никого посещать, Леночка, – усмехаюсь горько. – Тоже мне. Нашла посетителя! Я тебя хочу. Семью полную. Это сколько у нас на двоих? Пять детей, получается? Прикольно. Вот это и хочу. Дом на берегу реки. Собаку. Можно две. Хочешь, кота заведешь…

— Не люблю котов, – передергивает плечами любимая.

— То есть, по остальным пунктам у нас разногласий нет? – улыбаюсь во все тридцать два.

Дразню. Провоцирую. На это весь расчет. Хоть в лепешку разобьюсь, но заставлю мою Снежную королеву оттаять. Отогрею, залюблю. Но сначала пусть простит меня, дурака.

— Уходи! – мотает головой Лена. – Видеть тебя не хочу.

— А я бы век сидел и любовался, – признаюсь как на духу.

— Фотку поставь и смотри. Все, Олег, не задерживаю, – поднимается она с места. Как струна натянутая и гордая. Обиделась сильно, видимо.

— Лен, ну я дурак, – тотчас же оказываюсь рядом. Приобнимаю за плечи. – Идиот просто. Привык, что не нужен никому. Уехал – хорошо, приехал – надо потерпеть, скоро уедет. Я, когда на задании был, всегда от реала отключался. Только о тебе думал. Даже не верил никогда, что вместе будем… Так… Сказки, фантастика.

— Не надо басни придумывать, – отстраняется любимая. – Не обижай ни меня, ни себя дурными отговорками. Уходи. И больше, пожалуйста, не возвращайся. Лучше забудь о нас. Ни мне, ни Леше ничего от тебя не надо кроме… – осекается Лена на полуслове.

— Кроме? – подхожу почти вплотную. Внаглую притягиваю к себе. Держу нежно, но крепко. Не вырваться.

— Что? – поднимает на меня Елена глаза, полные слез.

— Слушай, а твоя странная болезнь со мной связана? Плакала и себя жалела, да? Думала, я скотина такая, тебя бросил. Второй раз? Да? – беру эту невероятную женщину в мягкий захват. Кладу ладонь на затылок, залепляю рот поцелуем. Ленка стучит по мне кулачками, а потом сдается. Ну и правильно. На фиг нам воевать.

— Я люблю тебя! – выдыхаю, насилу оторвавшись. – Очень люблю, Лен. Выходи за меня. Ну, если хочешь пострадать, я потерплю. Поухаживаю. Хотя зачем нам время терять. Не понимаю… Могли бы уже сегодня в новый дом переехать, детей забрать, устроиться и уже вместе спать…

— Ты невозможный, Олег… Просто невозможный. У тебя все так просто, да? Захотел – пропал на три месяца, захотел – вернулся. Никаких обязательств…

— Это служба, Лен, – глажу любимую по спине. – Я человек подневольный… Если страна послала. Сейчас вот на должность назначили. Значит, в поле пока не отправят. Будь уверена.

— Ты мог бы позвонить, – упрекает она на автомате. Но уже не сердится. Чувствую, как под моими ладонями сникают плечи. И в голосе появляется та самая усталость, после которой наступает мир. Хватит. Повоевали.

— Я не подумал. Прости, – опускаю голову.

— Мне было важно, – напирает Лена. Но все так же прижимается ко мне. Не отходит в сторону. И это обнадеживает. – Ты ничего не сказал о Леше, – выговаривает она, вспоминая весь список обид. – Никак не отреагировал. А я тоже навязываться не собираюсь…

— Сначала обалдел, Лен. Лихо вы с моей маманей все провернули, – шепчу, утыкаясь губами в тонкую шею. – Ну а потом… Рад я, Ленка. Всей душою рад. У нас с тобой сын. Это здорово. А ты какой реакции ждала, дурочка? – смотрю на нее с любовью.