Книга Моя по праву, страница 60 – Виктория Волкова

«Да он тебя дважды бросил, – пеняет внутренний голос. – А ты, тетеха, все за ним убиваешься!»

Перевернувшись на спину, стискиваю кулаки. Поплотнее прикрываю веки. Нужно поспать. Но слезы, предательски льются из глаз.

Прекрати! – уговариваю себя. – Градов тебе совершенно не пара. Он ясно дал понять. Даже твой ребенок ему неинтересен.

Словно побитая поднимаюсь с постели. Голова раскалывается от накатившего отчаяния и тревоги. За окном занимается рассвет. По улице едут первые машины. Настороженно прислушиваюсь. Может, вернулся. Но нет. Ворота не хлопают. А телефон жужжит пришедшей эсэмэской от Марка.

Рейс, куар-код билета, и наши с Сашулькой места.

— Прощай, Слава, – шепчу, в последний раз обнимая подушку. И пока сын не проснулся, опрометью несусь в ванную.

Ополаскиваю лицо холодной водой и в ужасе смотрю на себя в зеркало.

Красные заплаканные глаза, а под ними темные круги от недосыпа и нервов. Бледное лицо. Искусанные губы.

Хороша!

Какой Градов? На тебя, Полетаева, и последний бомж не позарится.

— Поэтому и уехал, – замечаю отрешенно своему отражению. Наскоро умываюсь. И чиркнув по ресницам несколько раз тушью, бегу к себе.

— Ты готова? – стучится в дверь Володя.

— Да, конечно, – киваю на сумки, одевая сына.

— Ростишка отбыл обратно в Питер, – ухмыляясь, рапортует Володя. – Побушевал тут и свалил. Марка нет. Неинтересно.

— Наверное, – мямлю я, подхватывая сына на руки. Одергиваю белую футболку. Кладу сотовый в карман джинсов.

А когда вслед за Володей вместе с сыном спускаюсь в холл, натыкаюсь на знакомого парня из Градовской охраны. Леша, кажется.

— Вы куда, Влада Николаевна? – закрывает он собой выход.

— Вас это не касается, – отрезаю, стараясь обойти.

— Ростислав Владимирович просил его дождаться, – заявляет Леша. Нагло улыбается, всем своим видом показывая кто тут главный.

— Пропусти ее, – рычит Володя, возвращаясь. Кидает сумки у стены и заявляет возмущенно. – Ты тут никто и не имеешь права распоряжаться.

— А ты кто такой? – наседает на него охранник. Молниеносным движением бьет Володю по ребрам. Тот, поморщившись, складывается пополам.

Сашулька, взвизгнув от страха, закатывается громким ревом.

Прижав сына к себе, прошу тихо.

— Прекратите. И дайте сотовый. Я хочу поговорить с Градовым. Сейчас же.

Ростислав

Усевшись в машину, прикрываю глаза. Как могли мои безопасники так облажаться? И почему из множества клиник Питера, Влада выбрала именно эту.

Выудив из кармана айфон, лениво вбиваю запрос в поисковик.

Сколько медицинских учреждений в Санкт-Петербурге?

3470 – выдает мне Яндекс.

«Влада, милая! Какого ты поперлась именно в особняк к Саблину»? – вздыхаю, крепко выругавшись.

Если разобраться, дело всего лишь в адресе. Так почему мои высококвалифицированные сотруднички попутали теплое с мягким?

Прищурившись, смотрю на умытую солнцем улицу. Редкий погожий день в Питере. Расфокусированный взгляд не различает отдельных предметов, все сливается в мутном мареве гнева. А чуть прикрытые веки дают поразительный эффект дифракции. Радуги то есть. Но меня сейчас это мало волнует.

Машинально сжимаются кулаки, а в легких не хватает воздуха. Баклан, блин! Гребаная шерсть…

Ничего лучшего не нашел как обидеться!

Где-то рядом слышится предупредительное покашливание. Повернувшись, встречаюсь взглядом с Олежкой, моим личным водителем.