Книга Дочь от другой. Развод в 50, страница 25 – Виктория Волкова

На крыльце медцентра меня уже ждут Вера и Павел.

— А малышку с кем оставили? – целую в щеку подругу. Киваю ее мужу.

Думаю, как предупредить Веру. Если Чубук чем-то интересуется, значит, неспроста. А интерес криминального авторитета к законопослушным гражданам ничем хорошим не заканчивается.

«Завод. Его интересует завод!» – догадываюсь запоздало.

— Павел, вы тут посидите, – киваю на красные кожаные кресла. – А мы с Верочкой пока все оформим. И подойдя к окошку регистратуры, закрытому шторкой, стучу негромко.

— Окно не работает, – слышится противный женский окрик.

— Аня, открой, пожалуйста, – прошу тихо.

— Валентиночка Сергеевна, – открывает шторку толстая румяная девица. – Вы уже из отпуска вернулись? Как отдохнули?

— Отлично, – натягиваю на лицо чахлую улыбку. Диктую заведующей регистратурой назначения и, взяв листок бумаги и ручку, прямо на стойке пишу Вере.

— Мне звонил Че. Одноклассник наш. Про Юру сказал. Ты уже знаешь? – давлю взглядом.

— Да, Герцогиня вчера сообщила. Допрыгался Лужан, – кивает Вера. – На, держи, – достает связку ключей от квартиры. – Я уже дала указания домработнице. Она вас встретит. Заодно покажет, каким ключом что отпирается. Юра там наворотил, конечно, – усмехается криво.

— Жалко его. Хотя сам виноват…

— В последнее время он сильно изменился. Понимаешь? А при разводе вообще с катушек слетел, – добавляет Вера и косится на регистраторшу. А та деловито печатает, но ушки греет.

— Спасибо, Анечка, – забираю документы. Вера расплачивается. Возвращаемся к Павлу. Все вместе проходим через рамки, предъявляем пропуск охране.

— Нам на второй? – вздыхает Павел.

— На третий, – мотаю я головой.- Лучше воспользоваться лифтом.

Нажимаю на кнопку. Здороваюсь с кем-то из коллег. И резко поворачиваюсь к двери. Натыкаюсь на изучающий чуть насмешливый взгляд глубоко посаженных глаз. Человек тут же отворачивается. Смешивается с посетителями.

А меня словно током прошибает.

— Валь, ты чего? На тебе лица нет, – кладет мне руку на предплечье Вера. – Что случилось?

— Да нет, все нормально. Просто показалось, – стараюсь улыбнуться, а не получается. Из глубины души поднимаются воспоминания. И я чувствую себя овцой, которую ведут на заклание.

Леон. Чтоб ему провалиться! Откуда он взялся через столько лет?

— Он тебя больше никогда не побеспокоит, – убеждал меня Рем. Ошибался?

Да не мог он ошибиться!

А вот я обознаться – запросто. Нервы и так на пределе.

— Так, сначала к неврологу, – выйдя из лифта, киваю на кабинет слева. – Присаживайтесь. Я халат надену и вернусь.

Открываю свой кабинет. Бездумно пялюсь на табличку «Эндокринолог Лактомская В.С.». И войдя к себе, безвольно кидаю сумку на кушетку.

Неужели это был Накосов? Даже в страшном сне не могу представить нашу встречу. И почему именно сейчас, когда я развожусь с Ремом? Откуда он взялся спустя годы?

— Я начну с дальнего круга, чтобы ты понимала. На каждый твой отказ буду наказывать кого-то из твоего окружения, пока ты не поймешь… Тебе некуда бежать. Ты моя, Алента. И всегда будешь моей, – словно наяву слышу вкрадчивый голос.

Снова чувствую его ладонь, скользящую по моей шее. Другая медленно движется по бедру. Я дергаюсь. Даже во сне мне снится этот урод.

Но раньше всегда на помощь приходил Рем. Когда я кричала от кошмаров по ночам, обнимал, шептал ласковые слова и убаюкивал как маленькую.