Онлайн книга «Восточная сказка»
|
— Какая же ты злая, Олеся! – вскидываюсь я, негодуя. Но не хочу ввязываться в ссору. Софье сейчас нужен отдых, а не наши крики. И выскочив в коридор, спешу к себе. Но, только заскочив в спальню, понимаю, что принадлежит она все-таки Олесе. На полу валяется ее сумка, и дверца шкафа приоткрыта. «Нужно успокоиться побыстрее, - думаю я, без сил опускаясь в креслице около туалетного столика. Привычно открываю ящик, собираясь достать серьги. Просто посмотреть на них и, положив пальцы на прохладные камни, почувствовать себя кому-то нужной. Той же Зареме, например. Но рука скользит по гладкому дереву. Шарю лихорадочно и ничего не понимаю. А заглянув в ящик, ошалело оглядываюсь по сторонам. Я не могла переложить куда-то еще свои сокровища. Но деньги и бархатный чехол с серьгами пропали. Глупые мысли роятся в голове, но я отметаю всякие подозрения. «Нет! Олеся не могла!» - твержу себе. Но увидев злую усмешку, все понимаю правильно. — Ты! – наступаю, прямо смотря в глаза. – Верни мне сейчас же деньги и серьги! — Олеся, как ты посмела? - охает с кровати Софья. – Ты же обещала… «Значит, не первый раз она попадается, - отмечаю про себя, вцепляясь воровке в волосы. Деру из стороны в сторону. — Отдавай сейчас же! – кричу в голос. — Ты! Дура! – отталкивает она меня. – Ну, взяла я! И что ты мне сделаешь? Я была в своей собственной комнате! И достала что-то из своего ящика. Нечего было туда класть! — Но я не знала! – хватаюсь я обеими руками за пылающие щеки. – Я никуда не пойду. Обещаю. Просто верни мне серьги, а деньги оставь себе! Иначе я тебя отлуплю, зараза! Но мерзкая девица только ухмыляется, направляясь к выходу. — Попробуй, только тронь. Быстро в кутузке окажешься. Да и кто видел твои серьги, шваль подзаборная? Еще скажи, что там кольцо с бриллиантом лежало! Сжимаю пальцы, чувствуя, как тонкий золотой ободок впивается в кожу, а квадратный бриллиант чуть царапает мизинец. Мысленно радуюсь тому, что кольцо Германа ношу, не снимая. А главное, у меня хватило ума не похвастаться им перед глупой вороватой девицей. — Олеся, верни сейчас же серьги, - решительно заявляет Софья, пытаясь встать. Хватаясь за костыль, добавляет в сердцах. – Хватит меня позорить. Ты же клялась! Вижу, как глаза моей благодетельницы наполняются слезами. — Я прошу тебя. Умоляю… — Ладно! Только из-за тебя, мам! - снисходительно бросает Олеся. И протягивает мне какой-то чек. — Что это? – гляжу, недоумевая. — Квитанция из ломбарда, деревня! – фыркает Олеся. – Там сегодня нужно выкупить твои уродские сережки. Иначе они поступят в продажу. Гоу, Амина! Шевели булками! – хохочет она. — Какая же ты дрянь, - вздыхает Софья, опускаясь на постель. – Уходи, чтобы я тебя не видела! Ты, наверное, и у меня все выгребла, - с болью в голосе восклицает она. - А напоследок и к Алинке полезла… — Мне надо, ты сама знаешь, - негодуя, заявляет Олеся. – Мне и так тяжело. А ты ничем не помогаешь! — И не собираюсь! - кричит Софья. – Проваливай отсюда! — Ты променяла меня на эту дуру? – недоверчиво тянет Софья. – Меня? Свою дочь? Закрываю уши, стараясь не слышать. И зажав в руке заветную бумажку, выбегаю из квартиры. Несусь к Герману и неистово жму на кнопку звонка. — Помоги. Помоги, пожалуйста! – прошу, заливаясь слезами. Вваливаюсь в квартиру и падаю на грудь ничего не понимающего Германа. Утыкаюсь носом в черный свитер, который он не успел снять. |