Книга Вето на девочку, страница 38 – Виктория Волкова

— Это плохо? – вскидывается Катя.

— Нормально, дочка, – весело откликается Димиров и кивает водителю: – Миха, давай в «Живаго».

— Ой, папочка, мой любимый рестик! – Подружка от радости хлопает в ладоши и аж визжит от удовольствия. – Тебе понравится, моя Макарова!

— Я там была, моя Димирова. Красивый ресторан, – вставляю мягко. И отчего-то надеюсь, что Александр Георгиевич меня не услышит.

— С кем? – поворачивается он неожиданно.

Глупо было бы утаить от этого человека даже такую малость. Он напоминает мне хищника. Настороженного и опасного. Обладающего ленивой грацией и моментальными рефлексами. В черных глазах пляшут шальные черти. Проваливаюсь в эти глубокие омуты. Пропадаю в них.

— Настя?

Усилием воли заставляю себя ответить.

— С родителями… Мы прошлым летом тут проездом два дня гуляли.

Три месяца спустя

Александр

«Доктор Живаго» – модный ресторан напротив Исторического музея – встречает нас незатейливой музыкой тридцатых годов и вышколенным администратором на входе.

— Добро пожаловать. Ваш столик ждет вас, – улыбается блондиночка. Уже не ощупывает напряженным взглядом, пытаясь понять, кто кому кем приходится. И так все ясно. Катя моя тихо говорить не может. Радостно вопит «Папа!» или «Моя Макарова!»

За те три месяца, как девчонки поселились в Москве, посещение «Живаго» стало у нас маленькой традицией. Раз в неделю обедаем все вместе. Болтаем. А еще мне нравится наблюдать, как ест Настя. Аккуратно кладет в рот маленькие кусочки пищи или тянет через соломинку лимонад. В этой девушке все эротично. Даже каждое невинное движение. Поэтому я по возможности ограничил наши контакты, справедливо решив общаться с малышкой только при большом скоплении народа.

Офис. Ресторан. Театр. Любой движ, исключающий приват. Крышу и так сносит основательно. Поэтому дома я сразу прохожу в кабинет. Забиваю мозги работой и прошу принести ужин. И все надеюсь, что жар первых дней сойдет. Очень надеюсь.

— Как же я рада, что наш столик свободен! – радостно восклицает Катя, плюхаясь на диванчик у окна. – Я хочу потом зайти в ЦУМ. Ты не против, папа?

— У меня здесь через час назначена встреча, – киваю на хрустальную переговорную, расположенную прямо в зале. Сейчас там с кем-то треплется известный режиссер. А после приедет мой знакомый генпланист. Москва у нас большая, а нормальное пятно для застройки найти проблема.

— Настя, ты со мной? – мимоходом спрашивает Катерина и пристально изучает меню, будто за три месяца туда добавилось с десяток новых блюд.

— Нет, – решительно отказывается моя головная боль. – На улице дождь. Не хочу.

Дело не в дожде, а в деньгах. Девчонка даже на пару кроссовок из ЦУМа не зарабатывает. Я бы оплатил с удовольствием. Но она не возьмет. Гордая птичка.

— У тебя час в запасе после обеда, – демонстративно смотрю на Ролекс. – Опоздаешь, будешь добираться домой сама.

— А ты меня даже пять минуточек не подождешь? – ноет Катерина, словно маленькая девочка.

— Разве что пять минут, – роняю устало. Перевожу взгляд на официантку в красном жилетике. – Нам как обычно, – улыбаюсь светски.

— Тогда я сразу пойду, – ворчливо бухтит Катерина. – Мне нужно платье найти ко дню рождения.

Днюха! Еклмн! Я, конечно, всегда помню, когда родилась моя единственная дочь, но с подарком пока не определился. Замотался. Забыл…