Книга Вето на девочку, страница 31 – Виктория Волкова

«Только руками не трогать!» – запрещаю самому себе. Вон, ладошку пять минут подержал – и на целый день стояк обеспечен.

Стиснув зубы, сжимаю кулак. Штырит меня не по-детски.

На кого злиться? Хороший вопрос. Только на себя. На свои долбанные инстинкты. Почему меня так не тянуло никогда ни к одной женщине? Даже с Риткой, моей первой, все было проще. А тут… Как пацан, честное слово!

И Настя, девочка моя сладкая, она даже не понимает происходящего. Не навязывается, глазки не строит. Ведет себя достойно и просто. Очень уважительно относится, как к отцу подруги.

А я…

Я ее уже мысленно принес в спальню. Разложил на кровати и припал губами к маленькой сладкой пуське…

Стоит только представить, как в груди распаляется огненный шар. Спускается ниже, мешая думать. Даже в глазах темнеет от страсти.

Настя, девочка моя, что же ты со мной делаешь?

«Да твою ж мать! Сколько можно?» – приказываю себе собраться. В таком виде на работу я даже заявиться не могу. Нужно как-то сбросить пыл. Поругаться с кем-нибудь, что ли?

Телефон дребезжит тихонечко, а на экране появляется довольная рожа Лиманского.

— Какая собака тебя с утра покусала, бро? – спрашивает тот, поздоровавшись.

— Кгхм, – откашливаюсь вместо ответа. Рассказывать другу о своих душевных метаниях я точно не собираюсь.

— Я тут зашел в «Документы», почитал твои комментарии. Народ в офисе уже сидит прибалдевший. Айтишники готовят веревку и мыло…

— Вот и правильно, – огрызаюсь раздраженно. – Гера, мы с тобой вроде в поддавки играть не нанимались? Какого хрена после редактирования не меняется время создания документа? Почему наши сотрудники считают, что могут запузырить нам любую лажу?

— Согласен, Саня, – миролюбиво заключает Лиманский. – Ты планерку на девять перенес? Давай хотя бы в десять. Я не успеваю. Алинку тут выворачивает с утра. Мы немного задерживаемся.

— Пусть отлежится, – предлагаю спокойно. Хотя прекрасно знаю, Алина редко пользуется привилегиями.

— Ей срочно надо на работу, – ехидно замечает Лиманский и добавляет со вздохом: – Пусть уже эта Настя выходит поскорее. У нас расчетчики зашиваются.

— Да не вопрос, – отмахиваюсь непринужденно. – Планерку на одиннадцать оставляем. Только распорядись сам.

И посмотрев на часы, даю указание водителю:

— Давай заедем на квартиру, Миха. Хочу посмотреть, как там ремонт движется.

— Славика вызвать? – откликается сидящий рядом с водителем Гена, мой личный помощник и телохранитель.

— Не надо. Сюрприз будет, – ухмыляюсь зловеще.

Такой он, принцип справедливости. Если я не могу заняться любовью с понравившейся мне девочкой, то выдеру по первое число прораба. Благо на стройке всегда найдется за что.

Но стоит мне только подняться в квартиру, как надежды на хороший скандал тают. Глаз упирается в рабочих, лихо намазывающих обои. Пол тщательно застелен какой-то бумагой, стены вроде нормально прогрунтованы. Но чуйка давит. Не отпускает.

— Красиво получается, – выдыхает Миха, идущий следом. Сзади топочет охрана.

Морщусь недовольно, дескать «помолчи!». Ноги сами собой несут меня в спальню, где, накрытая защитной пленкой, стоит у стены перевернутая на бок огромная круглая койка. Самый настоящий сексодром! Сколько он выдержал, бедный. Не передать.

«Для Насти куплю новую кровать», – пробегает в башке шальная мысль. И я свирепею еще больше.