Книга Только одна ночь. Ошибка прокурора, страница 81 – Виктория Волкова

— Да кому я скажу! — усевшись на диванчик, пожимаю плечами и перевожу разговор на более интересные темы. Где покупать приданое для малышей, какие коляски лучше. — Феликс предлагает все в Москве заказать.

— В Агдальске купите. Дешевле выйдет. Я тебе пришлю ссылки на интернет-магазины. Выберешь сама, а Феликс съездит и заберет. А еще знаешь… — дает дельные советы Лера. И мне кажется, у меня в Шанске, наконец, появилась настоящая подруга. — Ой, пора бежать. Тима торопит, — мажет взглядом по сообщению в телефоне и выдыхает с азартом. — Я знаешь что подумала! Наверное, и у Федьки кто-то скоро родится. Сама посуди. Мы одна за другой идем. Сначала ты, потом Лиза Торганова, следом я… А вот с кем мой дядюшка крутит, надо выяснить.

— На свадьбе увидишь, — роняю нерешительно.

— Ой, я тебя умоляю! Какая свадьба? Он поклялся никогда не жениться. Наследников мы с Тимой всей семье обеспечили. Ладно, пока! — целует в щеку. — Как выпишут, приходи в гости, — выдыхает на ходу, сталкивается в дверях с Феликсом.

— Военный совет закончен? — смеется, выскакивая из палаты.

— Да какой там совет. Встретились будущие отцы. Поговорили о своей нелегкой судьбе, — хмыкает Феликс. Усаживается рядом со мной на диванчик, целует в нос и спрашивает привычно. — Ты скучала?

— Нет, — улыбаюсь я. — С Лерой болтала, на тебя из окна смотрела. О чем вы так долго разговаривали?

— Да принуждали Петровича открыть частную клинику. Шесть инвесторов. Трое уже в деле. Плюс еще наши с Тимой однокурсники подтянутся. Ну и сам Тор, естественно.

— Платный роддом? — поднимаю глаза. — Это неправильно. Все должны иметь право на хороших специалистов.

— Клиника расширенного профиля. С лучшим оборудованием и диагностами. К нам из самого Агдальска народ потянется. По ОМС тоже принимать будем, — объясняет Феликс, опуская голову на спинку дивана. — Устал я. Перенервничал как собака, — вздыхает Сарычев. Прикрывает глаза и раздраженно морщится, когда в палату входит Ольга с лекарствами.

— У нас новые назначения? — поднимается он одним рывком. — Виктор Петрович не говорил…

— Ой, я, наверное, опять перепутала, — ойкает девчонка и, покраснев, выскакивает из палаты.

— Она сегодня точно не в себе, — печально развожу руками. — Уже приходила с капельницами…

— Влюбилась, наверное, — равнодушно пожимает плечами Феликс, занимая прежнее место. — Витя сказал, тебя завтра выпишут. Все вроде нормализовалось.

— Отлично! — кидаюсь на грудь к Сарычеву. — Я домой хочу.

— Кирюху Глеб завтра заберет. Вроде как помирились они с Натальей.

— Ну и хорошо, — улыбаюсь я. — Хотя не понимаю, как она его смогла простить. Он же по сути ее предал!

— Из-за ребенка наверное, — лениво фыркает Сарычев, беспечно передергивая плечами.

«Из-за ребенка можно все простить, а из-за двойни — тем более», — ойкаю мысленно и понимаю простую истину. Что бы ни сотворил мой прокурор, придется терпеть.

А куда деваться?

Следующую неделю меня распирает от счастья. Простого человеческого, ничем не замутненного. На работе все ладится нормально. Парни из ОВД и наши прокурорские крепко Дроздов прижали. Да и по Рудникову отработали отлично. Доказательства неоспоримые. В нашем деле что главное — чтобы потом в суде ни одна падла не могла придраться и не отклонила дело за недоказанностью и отсутствием улик.