Книга Случайная девочка, страница 93 – Виктория Волкова

— Согласны ли вы? — обращается к Оливии регистратор.

А девочка моя молчит. Будто задумалась…

— Олюшка, — склоняюсь к ней. — Ну, скажи хоть что-нибудь. Пожалуйста!

И тетка в красном уже смотрит на меня подозрительно. По глазам считываю нехитрый сюжет дамского сериала. Украл бандит девочку и нагло присвоил.

— Хмм… Вы согласны? — повторяет тетка.

— Да, — заявляет тихонечко и краснеет как мак.

Сзади выдыхает моя группа поддержки. А я, не дожидаясь момента, склоняюсь к Оливии и впиваюсь в ее губы жадным поцелуем.

Ну и заставила понервничать, зараза мелкая!

Выдыхаю, хозяйничая во рту.

Теперь ты моя! Только моя!

— Объявляю вас мужем и женой, — улыбается нам начальник ЗАГСа. — Можете поцеловать невесту.

Обернувшись к друзьям, поднимаю вверх кулак и чуть ли ни во весь голос ору.

— Йес!

Но выходит хрипло и еле слышно. Видимо, из-за ранения.

Сейчас бы на руки подхватить жену. Закружить, отнести к машине под улюлюканье гостей. Но я не могу. Чувствую, как туман подплывает. Все ближе и ближе.

— Мы домой, и спать, — объявляю, выходя на крыльцо женатым человеком.

— Вот что брак с людьми делает, — шутит Тима и тут же получает локтем в бок от Леры. И добавляет совершенно серьезно. — Может, в больницу вернешься, дядя Федя?

— Домой. Только домой, — мотаю головой. Вместе с Оливией на автопилоте дохожу до тачки. Плюхаюсь на сиденье и прикрываю глаза. — Что-то мне херово, Олюшка, — признаюсь, положив затылок на кожаный подголовник.

— У тебя сотрясение мозга. Закрытая черепно-мозговая травма, — причитает жена. — Тебе лежать надо.

— Вот и полежим вместе, — шепчу и сам чувствую, как плыву. Опять облака эти перед глазами и туман. — Не уходи никуда, — прошу, сжимая пальцы жены. — Мне без тебя не выбраться, Олюшка.

— Я здесь, Федюшка, — шепчет она. И по телу разливается такая приятная теплота, что и словами не передать.

Федюшка. Меня так никто не называл.

— Ты почему в ЗАГСе молчала? — справившись со слабостью, кошусь на жену.

— Я подумала, — начинает она и осекается. — Потом скажу, — мажет взглядом по Ефиму и водителю. И снова краснеет.

И тут до меня доходит.

Неужели мы залетели с чижиком? Даже мысленно боюсь сформулировать. Только прикрываю глаза и улыбаюсь. Все хорошо. Все правильно.

Четыре месяца спустя. 31 декабря

— Пора вставать, — прижимается ко мне попой Олюшка. — Уже времени много, — косится она на задернутые шторы, за которыми сгущается темнота. — Скоро гости приедут.

— Пора, — бурчу сонно. Кладу руку на выпирающий из-под рубашки Олин живот. — Малышня не пихается? — спрашиваю, придвигаясь ближе. Целую Оливку в шею, потом в висок. И не хочу даже с места сдвинуться.

Лениво перемещаю руку на Олину грудь, налившуюся к пятому месяцу. И снова закрываю глаза. Хорошо-то как, господи!

— Федя, гости скоро приедут, — вздыхает мой чижик. — Маргарита сказала, что они с Рустамом будут к восьми вечера.

— Вот и чего не сидится людям дома? — вздыхаю я. — Кто этих гостей назвал?

— Так Новый год же! — поворачивается ко мне Олюшка. — Ты всех пригласил! — упирается пальчиком мне в грудь.

— Ну и ладно, — целую ладошку. — Надо им сказать, что я передумал. Пусть все дома сидят. И по скайпу друг друга поздравляют. Зачем мы только всех к себе позвали? — неохотно поднимаюсь с кровати.