Книга Случайная девочка, страница 50 – Виктория Волкова

— Здравствуйте.

— Хмм... Здравствуйте, — оторопело блею в ответ. Нет, с Сарычевым мне общаться приходилось. Только он был в своем прокурорском кресле, а я — на скамье подсудимых.

— Человек на фотографии — Родион Яглин. Он же Падре, он же Пастор. Главный проповедник церкви «Небесное согласие». Секта такая. Был под следствием по подозрению в шантаже и похищении человека. Но выкрутился, гад.

— Секта? — переспрашиваю в ужасе. Вот только сектантов нам и не хватало.

— Да, там очень строгая дисциплина, контроль поведения, сознания и эмоций. Название берется из одной из главных заповедей секты. Мужчина и женщина могут вступить в связь по взаимному согласию без всяких венчаний и регистраций. Но обычно женщину никто не спрашивает. О насилии не заявляют. Считают привычным делом. Есть домашние наставники. Специально обученные люди, которые ходят по домам и проверяют, как живут подопечные.

— Ничего не понимаю, — вздыхаю я. — Есть информация, что этот человек встречался с Лаймой незадолго до ее гибели. Угрожал…

— Разберемся. Я передам вашу информацию по назначению. Только вы, пожалуйста, без самодеятельности. Не мешайте следствию работать, — строго выговаривает Сарычев и отключается.

— Я, кажется, знаю, что надо искать в Атаманском, — в упор смотрю на Ефима. — Какие-то предметы культа… Ну что еще можно украсть у попа? Может, Лайма была по вызову и золотую чашу сперла или кадило?

— Перстень, может быть, — подает голос Ефим. — Ну знаешь, священники носят гайки, а в них карата на три камешек.

— Вот и ищите, — постановляю я. Но хоть тресни, у меня не складывается картинка. Даже если Лайма поперла кольцо или крест. За это не убивают. Возвращают украденное и ставят вора на счетчик. А тут расстрел в «Птичке».

Это больше походит на акцию устрашения. Вот только кого бояться учили, если Лайма погибла?

— Собери мне инфу на этого козлика, — пишу на ярком зеленом листочке фамилию и имя святого отца. И решительно выхожу из кабинета.

— Ты куда, Ант? — ошалело смотрит на меня Ефим.

— Поеду с мужиками перетру, — бодаю головой воздух. — Серега с Яриком со мной, — называю двоих самых прошаренных охранников.

Сам сажусь за руль старого Туарега и пру в город. По дороге по громкой связи разговариваю с Рустамом.

И если честно, сам до конца не осознаю. У нас с ним мир. Мир. На долгие годы. Мы теперь с Асгаром одна семья.

Охереть можно.

— А кинь мне фотку. Я посмотрю. Что-то знакомое. Но не могу вспомнить, — лениво роняет он. И сам перезванивает через минуту. — Марго пока в душе, я скажу. Я знаю, о ком речь. Ему Вася Кабан стрелку забивал. И где теперь Вася? Вроде Пастор его и прибил… Ну вернее, его люди. Там шум из-за телки вышел. Девчонка поехала на вызов. А потом ее нашли… Ну сам понимаешь. Пастор все отрицал. Следствие ни к чему не пришло.

— Фотографию девочки можешь найти и прислать? — прошу я.

— Да ты сам в инете найдешь, — торопливо бросает Рустам. Видимо, моя сестра крутится где-то поблизости. — У девочки было странное имя. Мальвина. А погоняло — Техас.

На первом же светофоре набираю в поисковике Мальвина-Техас. И глазам не верю. На меня смотрит Лайма. Или Оливия.

Очень похожая на них девочка.

И тут мне словно бейсбольной битой по голове бьет.

Твою ж мать! Это и ежу понятно.