Книга Нина. Ожог сердца, страница 80 – Виктория Волкова

— Заткнись, — предупреждаю строго. — Дай поесть.

— Тебя пробрало, что ли? — обалдело смотрит на меня Камаль. — Рашид, брат мой. Это правда? Ты долго страдал после смерти Альфинур, да примет Аллах ее в райские кущи.

— Да, чужестранка мне нравится, — неожиданно сдаюсь я. — Она как лошадка с норовом…

— Объездишь, и станет как шелковая, — разрезает брат стейк из тунца.

— Пока еще рано об этом говорить, — морщусь недовольно и признаюсь как на духу. — Мне нравится ее дразнить. Смешная девочка. Совершенно не умеет владеть лицом. Все эмоции, как на ладони. Я постепенно приучаю ее к себе, как дикую необъезженную кобылку.

— Скоро она будет есть из твоих рук, — довольно восклицает Камаль с набитым ртом.

— Сначала прожуй, — смеюсь я. И снова возвращаюсь к разговору о Нине. — До этого пока далеко…

— Поменяй ей имя, брат, — неожиданно предлагает Камаль. — Нина померла там, в пустыне. А твоей новой наложнице требуется красивое благозвучное имя. Тем быстрее она скоро забудет о прежней жизни.

— Дельный совет, — усмехаюсь я, принимаясь за еду. И недовольно морщусь, когда в обеденный зал влетает мой секретарь. Бежит ко мне, постоянно кланяясь. И еще умудряется при этом держать шаг. Умора, конечно. Но сделать ему замечание я не решаюсь. Маленький подобострастный человечек. Преданный и очень неугомонный.

— Что случилось, Аким? — слегка поворачиваю голову. — Надеюсь, что-то срочное, раз ты позволил себе отвлечь меня от обеда.

— Ваше величество, — отбивает самый низкий поклон Аким. Впопыхах вытирает лысину и выдыхает торопливо. — Прибыл человек из Москвы. Привез документы. Но сказал, что вручит их лично вам.

— Хорошо, — подрываюсь из-за стола.

— А как же обед? — изумленно тянет Камаль.

— Потом, — быстрым шагом направляюсь к себе в кабинет. И уже через минуту открываю толстый сшив, для верности скрепленный толстой нитью. Каждая страница пронумерована, а отдельно приложена опись.

Листаю документы, разглядываю фотографии Нины и детей. И, наконец, натыкаюсь на снимки ее мужа. Самодовольный тип. Это к нему рвется моя блондинка?

В кабинет тихонечко просачивается Камаль, садится напротив. Поворачивает к себе сшив и внимательно смотрит на моего конкурента.

— Установите за ним слежку, — тычу пальцем в широкий лоб Николая Зорина. — Плюс прослушка телефонов и отработка близкого окружения. Это важно.

— Я понял задачу, мой господин, — склоняется в полупоклоне сотрудник внешней разведки. — Но хотелось бы знать цель.

— Шер ше ля фам, — усмехаюсь я.

— Думаешь, он бросил поиски и утешился в объятиях другой? — обалдело тянет Камаль. — Сколько прошло времени, как исчезла его жена?

— Если верить билету на самолет, чуть больше двух месяцев, — задумчиво роняю я. — Но если для одного это одна минута, то для другого — целая вечность. Но ты же понимаешь, брат, — вздыхаю натужно. — Для нас изменой является предательство души, а для европейцев — телесное. Нам Аллах дозволяет иметь четыре жены, а у них — только одна. Любая связь на стороне является адюльтером. Тьфу, у нас и слова такого нет, — морщусь недовольно и переворачиваю страницу.

«Гусятникова Мария Анатольевна», — читаю с трудом. Та самая гадина, что продала Нину в рабство.

— К этой тоже приставить слежку. Каждый шаг документировать. Особенно если эти двое встретятся, — указываю на Зорина и Гусятникову.