Книга Одна из двух, страница 51 – Виктория Волкова

— Я хочу жениться, фра, — снова повторил Мойн, не сдвинувшись с места. Сын походил на глупого фраггана.

— Кто она? — не выдержав, рявкнул я.

— Аллинара, — твердо заявил сын. — Внучка Альяра.

— Ты шутишь? — вкрадчиво спросил я. — Альяр делает все, чтобы его казнили прилюдно. Он открыто выступает против Циты, требует расторгнуть наш брак.

— Но может, когда Аллинара станет моей женой, он перестанет тебе препятствовать.

— Нет, — устало произнес я. — Мне никто не может препятствовать. А если Альяр задумает выступить против меня, я не посмотрю на его преклонный возраст. Велю казнить у подножия лестницы. Не связывайся с этим семейством. Все наши аристократы спят и видят, как усадить своего потомка на наш трон.

— Ты бессмертен, фра, — возразил Мойн, плюхнувшись на подушки, разложенные вдоль стен.

— А ты думаешь, это кого-нибудь останавливает? — поморщился я. — Тебя пример Ниньи ничему не научил?

— Но ты же не любил Нинью, а я люблю Аллинару, — возмутился наследный князь.

— Чего ты хочешь от меня? — устало спросил я. — Девушка знает о твоих чувствах?

— Знает, — пробурчал мой сын. — Я хочу, чтобы ты заслал к ней сватов…

— Нет! — отрезал я. — Просить что-то у Альяра я не собираюсь. Пусть почтет за честь, что мой сын посмотрел в сторону их девицы!

— Фра, пожалуйста! — снова попросил Мойн.

— Пусть придет ко мне сам Альяр! — приказал я. — А ты отправляйся на службу. Разговор окончен, Мойн. Это приказ.

Сын, бурча, поднялся с подушек, отряхнул свой безупречный мундир и вышел, ни слова не сказав.

Через полчаса Нэкс доложил об Альяре.

— Впустить или ты занят, тайэн? — осведомился мой главный страж.

— Пусть войдет. — Я дал команду остановиться живому перу, самому скользящему по гунции, и мысленно приготовился к неприятному разговору.

Толстый старик хромая вошел в кабинет.

— Приветствую тебя, Альяр! — Я поднялся из-за стола и проводил визитера к подушкам. — Что привело тебя ко мне? — Я старался говорить бодро и участливо.

— Мойн велел зайти к тебе, тайэн. Поговорить о нем и Аллинаре. Если ты не возражаешь, тайэн.

— Я подумаю, Альяр. Совет старейшин еще не составил генеалогическое древо, я не знаю всей родословной…

— Клянусь Наягной, тайэн! — вспылил старик. — Две твоих любимых наложницы из простолюдинок. Но если Ренца — плоть от плоти нашего народа, то о Ците мы вообще ничего не знаем, и тебя это устраивает.

— Цита — моя жена. И хоть вы лишили ее титула княгини, но изволь говорить о ней с уважением!

— Конечно, тайэн, ты можешь приказать нам, твоим слугам все что угодно, но твоя новая жена не станет для нас княгиней никогда. По праву рождения…Ты даже не знаешь ее настоящего имени. Цита — имя стреттов, а она трезарианка!

— Ты пришел сюда оскорблять меня и мою жену? Или просить за свою внучку? Если последнее, то ты выбрал не те доводы, — отрезал я. — Я не задерживаю тебя больше, Альяр.

— Но… — Старик понял, что переборщил и попытался вернуть беседу в более безопасное русло. — Тайэн, прошу тебя…

— Вернемся к этому разговору через месяц, — миролюбиво заметил я. — Сейчас важно подписать мирный договор. За это время я обдумаю, подходит ли твоя внучка моему сыну. — И видя, что старик замешкался, надменно добавил.: — Или есть причина провести церемонию побыстрее?

Альяр покрылся красными пятнами. Оливковая кожа приобрела пепельный оттенок.