Книга Удобная жена, страница 57 – Виктория Волкова

Любуюсь этой строгой и неприступной женщиной. Такая Николь мне нравится. И черта лысого я ее кому-то отдам.

Глава 28

— Вам лучше присесть, - указывает на инвалидное кресло Елена Ростиславовна.

— Сам дойду, - мотаю головой и в упор смотрю на Николь. — Но сначала моя супруга сделает рентген. А потом вы мне достанете пулю.

— Ты невыносим, - негодующе стонет жена. - Сейчас счет идет на минуты, Марк! Перестань упрямится и слушай врача, - втолковывает мне как маленькому.

— Тогда тем более, не упорствуй, дорогая. Сначала рентген, потом пуля. Я ясно выразился?

— Вы сюда поспорить приехали? — холодно усмехается врачица. — Марк Алексеевич, пожалуйста, в операционную, а Николь Николаевна — на рентген. Потом встретитесь, -приказывает, слегка нажимая мне на здоровое плечо.

Сдаюсь, а что делать? Покорно усаживаюсь в кресло-каталку и напряженно смотрю на Николь. — Айфон возьми, - протягиваю трубку, предварительно активировав экран. – Брату позвони, - повторяю еле слышно и чувствую, как силы покидают меня. Еще бы минута и грохнулся бы в обморок, как девчонка. Опозорился бы перед Николь и бойцом дяди Вани.

Подумаешь, крыло подбили.

Строгая докторша окликает медбрата, стоящего в стороне. Минута-другая и меня уже катят в операционную. Кошусь на хромающую жену и сердце разрывается от тоски. Мой маленький командир ковыляет вслед за толстой медсестрой к другой двери, а потом и вовсе скрывается за белыми створками. И кажется, жизнь останавливается до той поры, как снова увижу Николь.

Меня завозят в операционную, заставленную дорогущим оборудованием. Помогают раздеться и укладывают на стол лицом вниз. Опытные руки анестезиолога уже вводят в вену лекарство. Рядом появляется стойка с капельницей. Кто-то разрезает перевязку Николь и присвистывает.

— Впервые вижу, чтобы для тампонады использовали айфон последней модели.

— По богатому, - насмешливо отвечает кто-то рядом.

— Кто вас перевязывал? — спрашивает меня вкрадчивый голос.

— Жена, - отвечаю непослушными губами. Язык заплетается, а засыпающее сознание уже включает собственные мультики.

— Молодец -девчонка! Не растерялась, — басит рядом какой-то мужик.

— Моя Николы! — повторяю проваливаясь в темную густую дрему. И выныриваю от громкого окрика.

— Марк Алексеевич, пожалуйста, просыпайтесь!

Распахиваю глаза и ошарашенно смотрю на врача.

— Подлатала я вас… Жить будете, - улыбается Елена Ростиславовна. — Пулю передадим в Следственный комитет по указанию Сергея Анатольевича, - объясняет она, показывая мне кусок окровавленного свинца, болтающегося в маленькой миске из нержавейки.

— Хорошо, - киваю я. — А где моя жена? — спрашиваю, боясь самого страшного. Николь могла убежать. Воспользовалась моей беспомощностью и скрылась.

— Николь Николаевна ждет вас в вашей палате, - терпеливо втолковывает врачица. И голос такой мягкий, усыпляющий. — Вам сейчас прописан полный покой. Была перебита артерия. Лучше поберечься, Марк Алексеевич.

— Я понял, спасибо, док, - киваю серьезно. И пока меня везут в палату, тоскливо размышляю о превратностях судьбы. Надо найти ту мразь, что стоит за покушением. Скорее всего, и табличка в аэропорту в ту же кассу.

Николь… девочка моя… ты же за малым не попалась.

Глаза слипаются. Клонит в сон после наркоза.