Книга Назови меня женой, страница 64 – Виктория Волкова

Никита бросает трубку обратно на стол и начинает шагами мерить гостиную.

— Только Пантелея нам не хватало, — бросает в сердцах. Выходит на балкон и снова возвращается обратно.

Смотрит внимательно на меня, скрючившуюся в три погибели. Видимо, замечает охватившую меня панику и хладнокровно заявляет.

— Пойдем, отведу тебя в этот дурацкий номер.

— Я боюсь, Никита. Очень боюсь.

— Все страшное позади, малыш, — шепчет он, садясь рядом на корточки. — Кто такой этот Пантелей? И почему ты так испугалась?

Как объяснить? Как, сказав «А», умудриться не перечислить остальные буквы алфавита? Как вообще сдержаться и не заорать?

Никита…

Мать твою за ногу! Где ты был эти самые страшные пять лет в моей жизни? Я не корю тебя. Наоборот, благодарна, что ты рядом.

— Пойдем, — прошу тихо. — Нужно встретить Пантелея и поселить его в одном из люксов. Задача практически непосильная.

— Кто он такой? — рычит Никита. И снова лицо становится жестким, а на скулах играют желваки. Надо еще о многом поговорить. Хватит ли духу. Но со смертью Архипа автоматически открываются дверцы шкафов, и из них грудой вываливаются скелеты. Аж треск стоит по всему побережью.

Наскоро умываюсь, зачесываю волосы и спешу вниз. Нужно поговорить с Пантелеем с глазу на глаз. Напомнить о письменных соглашениях и устных договоренностях. Архип знал, что делал! Вот только мне все эти манипуляции до сих пор кажутся странными и бессмысленными.

А Никите как объяснить?

Мой любимый не отстает от меня ни на шаг. Может, сейчас лучше остаться одной? Так подсказывает разум. Но с Макаровым спокойнее. Чувствую, как его ладонь обхватывает мою. Снова слышу знакомый шепот. И какие-то смешные присказки.

— Пантелей, Пантелей, уходи поскорей, не задерживай добрых и честных людей.

Улыбаюсь Никиткиным прибауткам. И спустившись в холл, сразу попадаю под прицельный огонь черных негодующих глаз. Темная футболка, черные джинсы. Опаляющий взгляд. Для Пантелея смерть брата — большая трагедия. А тут я с любовником за ручку. Хороша!

Как только сдерживается, чтобы при всех не расправиться со мной.

— Нужно поговорить, — заявляет вместо приветствия и соболезнований. Нехорошо смотрит на Никиту и роняет небрежно. — Кто это? Пусть уйдет.

— Тебе надо, ты и уходи, — отрезает Макаров в обычной хамской манере. Пожимает плечами и прячет руки в карманы брюк. Гопник самый настоящий, а никакой не доктор!

— Янна, — грозно бросает Пантелей, по-хозяйски входя в первую попавшуюся переговорную. — У этого человека есть права находиться здесь? Если есть, то какие?

— Он — настоящий отец близнецов. А ты — Миланы. У вас права примерно одинаковые. Поэтому хватит рычать раненым медведем, — обрываю я Пантелея.

И пытаюсь мысленно прийти в себя.

Я сказала это вслух!

Поворачиваюсь к Никите, ожидая увидеть хоть какую-то реакцию на лице. Но Макарова не прошибешь. Легкая усмешка, застывшая на спокойном лице, говорит сама за себя. Никита умеет держать удар. И еще вопрос, сказала бы я ему, не будь Пантелея.

— Настоящая греческая жена, — противно усмехается брат моего мужа и добавляет сурово. — Я отберу у тебя отель и Милану. Отдам девчонку жене. Пусть воспитает!

— Милана тоже моя, — фыркает Макаров и вообще ведет себя как последний придурок. Просто нарывается на драку. А у старшего Василиди характер взрывной и зверский.