Онлайн книга «Назови меня женой»
|
«Именно ее копию лепит из меня Архип», — внезапно понимаю я и содрогаюсь только от одной этой мысли. Муж входит в зал вместе с официантом, на подносе которого одиноко маячит тарелка с супом. — Никита, — торжественно замечает Василиди. — Это тебе, только-только сварили! «Не ешь!» — хочется закричать мне. С какого рожна всем шашлыки и люля, а Никите супчик? Да и Тимур Адыков, личный помощник Архипа, в одежках официанта смотрится неважно. Что ты затеял, Архип?! — Папа, расскажи про регату! Пожалуйста! Там правда была взрывчатка? — кричит Никос. — А ты ее видел? — лезет вперед Алексос и, потянув за собой скатерть, нечаянно скидывает со стола тот самый супчик. Тарелка опрокидывается, и янтарное содержимое выливается частично на скатерть, а частично — на белоснежный костюм Лауры. — Безобразие! — орет Архип. — Какие-то свиньи, а не дети! — На себя посмотри, — глядя в упор на мужа, отрезаю я и замечаю примирительно. — Что случилось? Сейчас уберут, и все… — Ты! — пыхтит злобой Василиди. — Если бы ты сама все мыла и стирала, сейчас бы иначе пела. Никчемная стерва, — он замахивается, собираясь влепить мне пощечину. Но крепкая рука Макарова перехватывает его запястье. — Отвали от нее, урод! — Я вам сейчас покажу! — орет дурниной Василиди. И я не могу понять, почему он так взъелся. Ну, перевернули дети тарелку. Первый раз, что ли… И тут же вспоминаю свою реакцию. Может, все дело в супе? По приказу Архипа Тимур мог подмешать туда любую гадость. — Суп можно принести новый, а скатерть — поменять. Хочешь, сама сделаю? И подарю платье Лауре взамен испорченного. — Отличный вариант, — коротко кивает муж. — Помоги Лауре переодеться… А ты, — зверем смотрит он на Никиту. — Чтоб ноги твоей больше не было в моем отеле. Понял? — Конечно, — кивает Макаров. — Я уеду. И сочту своим долгом доложить об этой безобразной сцене Марку и Мише. Нормальные люди не имеют ничего общего с мудаками, поднимающими руку на женщин. Прощай, Архип… Я смотрю на любимого, стоящего посреди зала. Широко расставленные ноги, руки в карманах и вскинутая голова делают его победителем в сегодняшнем споре. Макаров спокоен и холоден. А вот разошедшийся Архип выглядит смешно. — Подожди, Никитос, — хватает он за руку Макарова. — Давай поговорим без шума. Я погорячился. Знаю же, что у тебя желудок больной. Хотел помочь… — Я поеду, Архип, — осторожно высвобождается из легкого захвата Никита. — Потом поговорим. Идет вперед и открывает двери мне и детям. Мои притихшие мальчишки смотрят виновато и испуганно. — Папа ругается из-за нас, — шепчет Никос. — Все хорошо, мои дорогие, — говорю, стараясь не сорваться. И повернувшись к Лауре, прошу. — Поднимайся наверх. Мы следом. Все вместе в кабине не поместимся… — А… — пытается возразить она. Но я, вызвав кабину лифта, — подталкиваю ее вперед. И как только двери закрываются, поворачиваюсь к Никите. — Уезжай. Мне кажется, он хотел тебя отравить… — Скорее всего, подсыпал какой-нибудь наркоты, — морщится Макаров и глядит на меня внимательно. — Поедем вместе, Яна. Пять лет назад примерно на этом же месте я просил тебя о том же. Но тогда забыл сказать самое главное. Я люблю тебя. — А дети? — вскидываюсь испуганно. — С нами, конечно, — улыбается он. — Машина у крыльца. Сразу в погоню никто не бросится. И мы выгадаем время. Соглашайся. |