Книга Виновница судьбы, страница 57 – Анастасия Чехова

Я начала покусывать губы — их кожа слегка покалывала от зубов — и смотреть в телефон, экран мерцал, отражаясь в моих глазах. Найдя чат со Стеллой, начала ей писать, рассказывая всю суть и перекидывая фото — пальцы стучали по клавиатуре с лёгким клацаньем, а внутри нарастала буря: ревность жгла, как кислота, разливающаяся по венам, смешанная с обидой и самобичеванием за то, что до сих пор позволяю ему ранить себя. Стелла негодовала и ещё прошлась по внешности этой девушки: — Только мудаки так делают!!! — писала подруга мне, её слова выскакивали на экране резко, как удары. — Господи, я думала он всё же отличается от своего брата, но не далеко ушёл! — чувствовалась, как девушка злится, её сообщения приходили с восклицательными знаками, полными ярости.

— Всё же меня не отпускают чувства, он не мог так поступить, — печатала я, пальцы дрожали слегка, а внутри вспыхивала надежда, смешанная с отчаянием, — я всё ещё цеплялась за образ Дэвида как за якорь, несмотря на боль.

— Хватит его оправдывать, Лэйн! Он тебя опускает как может, а ты всё закрываешь глаза и пытаешься выставить его «ангелом», — от её сообщения я сжалась, как от холодного ветра, внутри шевельнулась вина: она была права, я правда пыталась всегда сделать его без изъяна, закрывала глаза даже на его сложный характер, от того и делала сама себе хуже, усиливая эту внутреннюю пустоту, которая ныла в груди.

— Я решила промолчать, не реагировать… — отправила сообщение девушке, стараясь дышать ровнее.

— Вот и правильно, он только и ждёт постоянно твоих эмоций, козёл!

Сделала глубокий вдох-выдох — воздух вошёл в лёгкие прохладным потоком, слегка свистящим, — мне нельзя было падать, я работаю над собой и продолжаю двигаться дальше, опускаться к нему не должна, — эта мысль укрепляла, как опора, но внутри всё ещё колыхалась волна боли, тихая и упрямая.

Мы с подругой ещё немного попереписывались на разные темы — слова на экране мелькали успокаивающе, — и я уснула без каких-либо мыслей, тело расслабилось в тепле одеяла, а веки тяжёлели, как после долгого дня.

На утро мы прибыли в школу, в спортивном зале были уже выставлены столы — воздух здесь был шумным, пропитанным ароматом свежей выпечки и возбуждёнными голосами детей, пол скрипел под ногами. Нам с Эмили дали наш номер, направились к нашему месту, чтобы выставить всё красиво и презентабельно — я расставляла торт и капкейки на подставке, их крем блестел под лампами, а посыпка хрустела под пальцами. Вокруг были дети и их родители, разные выпечки больших и маленьких размеров, с ароматами шоколада, ягод и корицы, смешивающимися в тёплом воздухе. К нашему столу сразу подошли школьные подруги Эмили, они смеялись и что-то обсуждали — их голоски звенели высоко, — я не стала подслушивать, а просто смотрела на неё и её взаимоотношения с другими девочками, чувствуя лёгкую теплоту в груди, смешанную с грустью: моя дочь растёт так быстро, и это трогало до слёз.

«Моя такая уже взрослая девочка» — я улыбалась от этих мыслей и грустила, но меня отвлёк телефон с рабочими моментами — вибрация в кармане была лёгкой, как напоминание.

— Папа! — я услышала голос Эмили и подняла глаза, увидела, как девочка машет рукой, показывая, что ему сюда, её ладошка мелькала в воздухе.