Книга Виновница судьбы, страница 110 – Анастасия Чехова

Александр вышел, как только увидел меня.

На нём была тёмная рубашка с закатанными рукавами и светлые брюки. Без пиджака, без той собранной “официальности”, в которой я привыкла его видеть. Он выглядел... ближе. Мягче. Мужчиной, а не образом.

Его взгляд медленно прошёлся по мне, и в этот раз он не стал делать вид, что не заметил.

— Ты очень красивая, Лэйн, — сказал он спокойно.

Без театральности. Без давления. Просто как факт. И это почему-то тронуло сильнее любого восторга.

— Спасибо, — я почувствовала, как тепло коснулось щёк. — Ты тоже... очень вовремя решил выглядеть так.

Он тихо усмехнулся, открывая для меня дверь машины.

— Значит, мы оба сегодня старались.

— Немного.

— Врунишка, — мягко сказал он.

Я села, чувствуя под пальцами прохладную кожу сиденья, и только когда он занял место за рулём, поняла, насколько близко в замкнутом пространстве ощущается его присутствие. Не подавляюще — просто отчётливо. Его запах, смесь чистоты, дерева и чего-то тёплого, мужского, неожиданно сбивал мысли в медленную, приятную кучу.

— Куда мы едем? — спросила я, пристёгиваясь.

— В одно место, где можно нормально говорить и где не слишком шумно, — он завёл машину и, бросив на меня короткий взгляд, добавил: — Я решил, что после “кофе-разведки” ты заслуживаешь что-то лучше.

— Так это была всё-таки разведка?

— Конечно, — невозмутимо ответил он. — Я должен был убедиться, что ты не сбежишь после первых десяти минут.

Я рассмеялась.

— И как, убедился?

— Не до конца. Поэтому нужна вторая встреча.

Он привёз меня в небольшой ресторан с открытой террасой над водой. Не пафосный, не показной — но красивый именно своей спокойной атмосферой. Тёплые лампы под навесом, дерево, ленивый вечерний гул разговоров, запах рыбы на гриле, белого вина и жасмина из кадок вдоль перил. Отсюда открывался вид на воду, где уже дрожали отражения городских огней.

— Боже, — выдохнула я, оглядываясь. — Ты хорошо подготовился.

— Я просто хотел, чтобы тебе было хорошо.

Эти слова снова прозвучали без нажима. И оттого особенно глубоко.

Мы сели за столик у самого края террасы. Ветер время от времени касался моей шеи и играл волосами. Александр несколько секунд молча смотрел на меня, потом мягко указал взглядом:

— Можно?

— Что?

— Волосы, — сказал он тише. — Они всё время летят тебе в лицо.

Я не ответила сразу, только кивнула.

Он потянулся ко мне медленно, оставляя мне возможность отстраниться. Его пальцы — тёплые, аккуратные — убрали прядь за моё ухо. Простое движение. Почти невесомое. Но от него по коже прошла волна мурашек, тонкая и ясная, будто моё тело слишком долго ждало именно такой осторожности.

Ни спешки. Ни присвоения.

Только прикосновение, в котором было больше уважения, чем желания.

И от этого оно ощущалось куда интимнее.

Я задержала дыхание всего на секунду.

Он это заметил. Его взгляд опустился к моему лицу, потом к губам, и вернулся к глазам.

— Прости, если это было слишком, — сказал он.

— Нет, — мой голос прозвучал мягче, чем я ожидала. — Не слишком.

Между нами повисла пауза, но она уже не была неловкой. Скорее плотной — как натянутая нить, которую оба чувствовали.

Чтобы не утонуть в этом моменте слишком быстро, я взяла меню.

— Давай сначала поедим, пока я ещё способна принимать рациональные решения.