Книга Виновница торжества, страница 58 – Анастасия Чехова

Когда я обмякла, он вышел медленно — с презервативом — и перевернул меня на спину, чтобы обнять, поцеловать, шептать: — Ты невероятна. — Но его глаза всё ещё горели, член твёрдый, готовый к продолжению. Он прижал меня к себе, перекатил так, чтобы я оказалась сверху — в позе наездницы, — и вошёл снова, но теперь его руки сжимали мои бёдра, направляя ритм, заставляя двигаться быстрее, глубже. Шлепок по ягодице — и я ускорилась, чувствуя, как он заполняет меня полностью, как его взгляд пожирает мою грудь, качающуюся в такт.

Кристиан перевернул нас снова — теперь миссионерская, его тело накрыло моё, руки прижали мои запястья над головой, властвуя полностью, толчки стали медленнее, глубже, его губы нашли мои, целуя в ритме, шепча: — Ты моя... Только моя. — Ещё шлепок — по бедру, заставляющий тело содрогнуться, — и я кончила снова, сжимаясь вокруг него, влага хлестала, смачивая нас обоих. Он рычал, ускоряясь, и наконец кончил сам — тело напряглось, стон низкий, глубокий, и он заполнил презерватив, оставаясь внутри, пока волны не утихли.

Мы лежали переплетённые, мокрые, дышащие в унисон.

Кристиан целовал меня нежно, убирая мокрые пряди с моего лица — его пальцы скользили по щеке, собирая влагу, как будто стирая все следы усталости, оставляя только тепло.

— Ты такая красивая, — прошептал он, глядя в мои глаза с той глубиной, которая заставляла сердце замирать.

Его лицо подсвечивалось огнями Лас-Вегаса, проникающими через огромные окна — город внизу пульсировал неоновыми вспышками, отражаясь в его зрачках, делая их ещё темнее. Волосы растрёпанные, с лёгким блеском пота на висках, а на его прекрасном теле — капельки влаги, стекающие по рельефу груди и живота, подчёркивая каждый мускул, который только что принадлежал мне.

— Тебя отнести в ванную? — спросил он, начиная вставать с кровати, с улыбкой, полной заботы.

— Постараюсь дойти, — ответила я, хотя тело ещё слегка дрожало от нашей близости, мышцы ныли сладкой усталостью.

Я проводила его взглядом — он ушёл в ванную, его силуэт в полумраке номера был таким притягательным, таким родным. А я перенесла взгляд на огромное панорамное окно: за ним Лас-Вегас тонул в ночи, фонтаны Bellagio танцевали в радуге огней, Стрип сверкал, как бесконечный фестиваль, а в номере — кровать с помятыми простынями, аромат наших тел витал в воздухе, смешанный с шампанским и потом. Это была обстановка любви — роскошная, интимная, как будто весь мир снаружи существовал только для нас двоих.

Потерялась в мыслях: «Состоялась долгожданная ночь... Я до сих пор не верю. Мне так хорошо, но что-то внутри сжимается». По щеке скатилась маленькая слеза — солёная, неожиданная.

Я подняла брови, быстро утерла её: «Лэйн, соберись. Что за слабость?»

Встряхнув головой, я поднялась и поспешила в ванную к Кристиану.

Зайдя туда: — Давай ко мне, — позвал он громко из душевой, голос эхом отразился от мрамора.

Я зашла, прижалась к его широкой спине — мокрой, горячей от воды, — чувствуя, как струи стекают по нам обоим. Он развернулся, обнял меня, поцеловал в макушку — нежно, как всегда, — и я подняла взгляд. Наши губы встретились в поцелуе — французском, глубоким, его язык сплёлся с моим, исследуя медленно, с той же заботой, что и всегда. Вода стекала по нашим телам, обжигая кожу, смешиваясь с потом, и внутри всё заиграло новыми ощущениями — тёплыми, ласковыми, как его руки на моей талии. Мне было так хорошо, так спокойно в этом потоке — будто весь мир растворился, оставив только нас.