Книга Виновница торжества, страница 132 – Анастасия Чехова

Его слова ударили, как гром — внутри всё замерло, мир сузился до этих цифр, слёзы жгли глаза, а руки сжались в кулаки под столом, но я кивнула, стараясь держаться, голос дрогнул: — Спасибо, доктор. Есть ли шанс ошибки?

— Анализ крови на ХГЧ очень точен, особенно на этом уровне, — ответил он мягко, но уверенно.

Я вышла из кабинета, ноги подкашивались, а внутри бушевала паника — «Я беременна?», — слёзы хлынули, когда увидела Стеллу, ожидающую в холле.

Подруга поняла всё без слов — моё лицо дало ответ, бледное, как полотно, с глазами, полными шока и слёз. Она взяла меня под руку — её прикосновение было тёплым, заземленная.

— До свидания, — крикнула она женщине на регистратуре, и мы вышли, свежий воздух ударил в лицо, но не принёс облегчения, только усилил тошноту, которая крутила внутри, как вихрь.

Я достала свой телефон, открыла приложение с календарём и отсчитала — это был тот день, когда мы первый раз с Дэвидом у него дома занимались сексом, всю ночь: его руки на моём теле, стоны, эхо страсти, которая теперь обернулась этой реальностью.

Все перепады настроения, усталость — это всё из-за того, что во мне растёт плод, его плод. Прикрыла глаза и потерла переносицу, всё разрывало меня внутри — о том, что я сделала позавчера, разорвав с ним, и что сейчас узнаю, что в положении, вина жгла, смешиваясь с ужасом.

— Ты спрашивала, кто это может быть, вот тебе ответ… — голос задрожал, как лист на ветру, — Дэвид, — я сжала свои скулы, что услышала скрип зубов, внутри всё сжалось от боли потери, от воспоминаний о его глазах, полных любви, которую я растоптала.

— О боже, — Стелла прикрыла рукой свой рот, её глаза расширились от шока, — У меня аж мурашки, — прошептала она, её голос дрогнул, — Ему надо рассказать, Лэйн…

— Не думаю, что он хочет после позавчерашнего меня видеть, — душа заболела от моего решения, как открытая рана, воспоминания о его разбитом взгляд, слёзы подкатили к глазам.

— Ну, как он ворвался ко мне домой, ища тебя, то мне кажется, будет только рад, — сказала она, стараясь звучать оптимистично, но в её тоне сквозила тревога.

— Позже, мне надо свыкнуться и всё подумать, — ответила я, сжимая волосы в кулаке, внутри хаос — страх материнства, всё кружилось внутри, — Ещё и мероприятие завтра, боже, — прошептала я, чувствуя, как паника накатывает волной.

— Хочешь, я поеду с тобой? Скажу, что как помощник.

— Ты правда сможешь поехать? — посмотрела я на неё взглядом надежды, слёзы блеснули в глазах.

— Да, буду рядом, — она улыбнулась заботливо, её улыбка была как луч света в моей тьме.

Вечер воскресенья прошёл в тумане — я старалась отвлекаться на рабочие моменты, проверяя, всё ли точно в порядке для праздника, не думая, что беременна, но эта мысль разъедало всё внутри. Я смотрела на свой браслет на руке, который всё висел на мне — перебирала его пальцами, думая о дальнейшем будущем: о ребёнке, о выборе, о боли. Понимала, что поспешные действия меня привели к такому пути — запутанному, полному лжи. Я сняла свой браслет и положила в шкатулку, чувствуя, как пальцы дрожат от решимости.

«Не хочу, чтобы меня сковывали в кандалы, не хочу быть куклой, я не такая, чтобы подчиняться», — подумала я, внутри вспыхнула искра бунта, смешанная с грустью.

Я легла в кровать и уснула, чтобы быстрее забыть сегодняшний день.