Книга Виновница торжества, страница 100 – Анастасия Чехова

Я была в восхищении от того, как он красиво описывал своё детище — с такой страстью, что было видно: этот мужчина по-настоящему любит своё дело.

— Вау, это настолько круто, — у меня не нашлось других слов.

— Спасибо, Лэйн, — улыбнулся он, и его мексиканский шарм только усиливался с возрастом, добавляя в глаза тёплый, притягательный блеск.

Наш ужин проходил просто невероятно: мы болтали об искусстве, о странах, которые они объездили, коснулись моей работы и того, как я вообще пришла к ивент-планированию. Я чувствовала себя частью этой семьи — такой тёплой, сплочённой, — и в душе разливалось давно забытое тепло. Но внезапный спазм в животе всё испортил: острая тошнота скрутила меня.

— Простите, что приходится отвлекать вас, но я на секунду отлучусь, — старалась я улыбнуться, но пульс участился втрое, а в висках застучало.

Дойдя до бара, я спросила, где у них уборная. Бармен указал направление, и я почти бегом направилась туда. Запершись в дальней кабинке, я согнулась пополам — меня вывернуло наизнанку. Сползая по стенке, я почувствовала, как меня трясёт, наваливается такая слабость, что ноги подкашиваются.

«Мой стресс до добра точно не доведёт», — подумала я, вытирая пот со лба. Медленно встала, подошла к раковине, умылась холодной водой и сполоснула рот, стараясь унять дрожь в руках.

— Соберись, — прошептала я своему отражению в зеркале и легонько шлёпнула себя по щеке. — Всё идёт хорошо… просто стресс.

Я вышла, и меня уже ждал Кристиан — он стоял у двери, скрестив руки, с обеспокоенным выражением на лице.

— Всё хорошо? — спросил он, трогая меня за руку. Его пальцы были тёплыми, и от этого прикосновения по коже пробежали мурашки, напоминая о той искре, что вспыхивала между нами каждый раз.

— Да, — улыбнулась я, но голос предательски дрогнул.

— Лэйн… — мужчина посмотрел на меня серьёзно, его тёмные глаза пронизывали насквозь, словно читая все мои тайны.

— Что? — подняла я бровь, и дыхание перехватило — сердце заколотилось, а внизу живота снова потянуло, но теперь уже не только от тошноты, а от его близости.

— Я вижу, что ты врёшь.

Мне казалось, что я сейчас провалюсь под землю: не понимала, что именно у него в голове, в чём он меня подозревает — в болезни или в чём-то большем, в тех секретах, что жгли меня изнутри?

— Мне стало немного плохо, — посмотрела я ему в глаза, стараясь быть искренней. — Подозреваю, что обед на работе был не свежим…

— Может, в больницу? — насторожился он, его рука сжала мою сильнее, и я почувствовала, как его тепло проникает в меня, вызывая волну желания, смешанную с виной.

— Не надо, Кристиан, доберусь домой и выпью лекарство, — я крепко обняла его, прижимаясь к его груди, вдыхая знакомый аромат его одеколона, смешанный с лёгким мускусом. — Не переживай.

— Ладно, — вздохнул он и поцеловал меня в висок, его губы задержались на миг дольше, чем нужно, и от этого по телу прошла сладкая дрожь.

Ещё немного посидев за столом, мы попрощались с родителями — Эйлин обняла меня тепло, шепнув на ухо: — Приходи к нам в гости, милая, — и Кристиан повёз меня домой.

В машине царила уютная тишина, прерываемая лишь гулом двигателя и моими мыслями, которые кружили вокруг него.

Кристиан открыл мне дверь машины, подал руку, помогая выйти. Мы стояли у моего дома, и ночной воздух Сан-Франциско обволакивал нас прохладой.