Книга Искатель 19, страница 66 – Сергей Шиленко

— А заодно Нолана… — пробормотала Карлотта, прикусывая мочку моего уха до лёгкой боли, — и меня. Может, потом подаришь мне ещё детей. Разве это не прекрасно?

Желание накрыло меня с головой, стирая все рациональные мысли. Карлотта не играла. В её словах, дрожащем теле и мольбе сквозила такая искренность и дикая страсть, что сопротивляться было физически невозможно. Да и, чёрт возьми, не хотелось. Мысль о том, чтобы оплодотворить эту белоснежную девушку, безумно заводила меня.

Добравшись до полянки, густо поросшей мягким клевером и скрытой цветущими лианами, я осторожно опустил Карлотту на землю. Место было пронизано магией и запахом афродизиаков, источаемых местными цветами, а мягкое пульсирующее свечение создавало интимную сказочную атмосферу.

Не теряя ни секунды, стянул через голову походную рубашку. Карлотта сглотнула, её серебристые глаза расширились, жадно скользя по моему торсу, покрытому шрамами и липкой испариной. Я потянулся к ней и одним плавным уверенным движением избавил её хрупкое тело от белого платья. Ткань соскользнула, и я на секунду замер.

От открывшегося зрелища перехватило дыхание. Карлотта была восхитительной, с кожей ослепительной белизны, какую встретишь разве что у альбиносов. Как и все гарпии, она обладала пугающе хрупким телосложением, но при этом её изгибы не оставляли сомнений, что передо мной зрелая женщина, алчущая мужского внимания. Небольшие, но упругие груди вздымались от частого дыхания, розовые соски затвердели, а крошечная щёлочка на фоне алебастровой кожи выделялась контрастным тёмно-розовым пятном. Лепестки были плотно сжаты и обильно покрыты блестящей в тусклом свете влагой, набухшие и покрасневшие.

— Ты так прекрасна! — прошептал я, опускаясь перед.

Она протянула руки и обхватила мою шею, наши губы встретились в жадном поцелуе. Я быстро избавился от штанов, выпустив на свободу каменный от напряжения член.

Карлотта отстранилась, тяжело дыша, её взгляд опустился вниз, и она судорожно сглотнула.

Я навис над ней, стараясь обращаться предельно осторожно с хрупким телом. Её ноги, удивительно сильные для такой комплекции, мгновенно обвили мою талию.

— Только не спеши, Артём, — прошептала она, вцепившись пальцами в мои плечи.

Остаток ночи на этой поляне превратился в неистовый первобытный танец, Карлотта отдавалась моменту с такой же бешеной пульсирующей энергией, с какой жила. Её крылья трепетали, укрывая нас от всего мира, а звонкие, полные счастья и страсти вскрикивания растворялись в густом цветочном воздухе. Мы сплелись воедино, не замечая течения времени, полностью поглощённые друг другом и жаждой подарить жизнь новому существу.

Когда безумие наконец стихло, Карлотта рухнула на меня без сил, накрыв своим телом и крыльями, словно невесомым одеялом. Её крошечное сердечко колотилось о мою грудь в бешеном ритме.

— Я… я стану красивой мамочкой, — счастливо прошептала она, уткнувшись мокрым лицом мне в шею.

— Станешь, пташка, — сказал я, нежно гладя её по влажным перьям. — Моя фертильность гарантирует.

Карлотта пискнула от восторга, оставила влажный поцелуй на моей ключице, а спустя всего пару минут её дыхание выровнялось, и она провалилась в глубокий спокойный сон прямо на моей груди. Аккуратно, стараясь не разбудить, высвободился из её объятий и, переложив на импровизированную постель из своего походного плаща, укрыл гарпию сверху её же крыльями.