Книга Искатель 14, страница 97 – Сергей Шиленко

Это сработало. Она фыркнула так громко, что какие-то беженцы, ютившиеся у стены в дальнем конце коридора, испуганно подскочили и вжались в камень. Глупые людишки. Бояться нужно не тех, кто выглядит иначе, а тех, кто улыбается тебе в лицо, держа за спиной нож. Таких, как лорд Экариот.

— Ладно, проехали, — проворчала она, но я заметил, как уголки её губ чуть дрогнули. — Просто… у нас не принято говорить такое. Сила — да. Умение выжить — да. А красота… это для других рас.

— Значит, у вас просто слепые мужчины, — пожал я плечами.

Больше она ничего не сказала, но шла уже не так напряжённо. И когда мы подходили к нашей двери, сама незаметно коснулась моей руки пальцами. Всего на мгновение.

Мы дошли до нашей с Лили комнаты. Я толкнул тяжёлую дубовую дверь, и она со скрипом отворилась, впуская нас в крохотное пространство, едва освещённое одинокой свечой. После просторных залов и широких коридоров эта каморка казалась настоящей клеткой. В ней и две-то кровати помещались с трудом, оставляя лишь узкий проход между ними. Но кто-то из слуг уже позаботился и, выполняя приказ, втиснул сюда третью койку для Коры.

Правда, одного взгляда на это убогое ложе было достаточно, чтобы понять — орчанка двухметрового роста на нём попросту не поместится. Кровать была рассчитана на человека среднего роста, и то, если он будет спать, не ворочаясь.

Лили мирно спала на нашей кровати, свернувшись клубочком под тонким одеялом. Её длинные ушки очаровательно подрагивали во сне, реагируя на малейшие шорохи. От неё пахло домом, луговыми цветами и чем-то сладким — наверное, теми пирожными, что подавали на ужин. Глядя на неё, я почувствовал, как напряжение после совета немного отпускает. Вот он, мой маленький островок спокойствия в этом безумном мире.

Кора замерла на пороге, оглядывая комнату. Её взгляд скользнул по спящей Лили, задержался на злосчастной третьей койке, и в нём промелькнуло что-то похожее на разочарование.

— Кровать для тебя маловата, — виновато сказал я, подходя к ней и развязывая верёвку на её запястье. Узел промок и затянулся, пришлось повозиться. — Прости, я не подумал о твоём росте, когда просил принести ещё одну.

— Сойдёт, — буркнула она, но без прежней резкости. Сняв с плеч свой походный плащ и видавший виды рюкзак, она бросила их в угол. Потом замялась, явно чувствуя себя не в своей тарелке. — Слушай… а как мне тут… нужду справлять?

Чёрт. Об этом я как-то не подумал. Почувствовал, как кровь прилила к щекам. Одно дело — сражаться бок о бок, и совсем другое — обсуждать такие деликатные вопросы. В моих отрядах на фарме обычно были только мужчины, и всё решалось просто. А тут…

— Э-э… — я прокашлялся, пытаясь придать голосу уверенности. — В конце коридора есть уборная, можем сходить сейчас. А ночью… — я кивнул на ночной горшок под нашей кроватью. — Вот. Если неудобно при нас или… ну, если по-большому, просто разбуди меня или Лили, мы проводим. Не проблема.

— А как же уединение? — Кора недоумённо нахмурилась, скрестив руки на груди. — У вас что, принято смотреть, как товарищи облегчаются?

— Нет, конечно! Я отвернусь. Или выйду.

Орчанка хмыкнула, и в её глазах промелькнула искорка веселья.

— Ладно, пошли в эту вашу уборную. Лепёшки не особо сытные, пришлось съесть целую гору. Да и вина я, кажется, перебрала.