Книга Бывший. Разрешение на любовь, страница 14 – Валери Овчинникова

— Садись, я сама, — забираю у неё тарелку.

— Ты весь день на ногах.

— А ты после операции.

— Прошло два месяца.

— Врач сказал беречься полгода.

Она садится за стол и внимательно смотрит, как я достаю из холодильника суп.

— Ты встретила Романа.

Ложка ударяется о край кастрюли.

— Кто тебе сказал?

— Он звонил.

Я оборачиваюсь.

— Когда?

— Сегодня днём.

— На домашний?

— Да.

— Откуда у него номер?

Мама поджимает губы.

— Номер у нас тот же уже пять лет.

— Это не ответ.

— Он мэр. Может узнать номер жительницы собственного города.

— Он не имеет права пользоваться служебными данными ради личных звонков.

— Вера, он спросил о моём здоровье.

— Через двенадцать лет?

— Он знал об операции.

— Откуда?

— Я написала ему.

Ставлю тарелку на стол и сажусь напротив.

— Зачем?

— Благотворительный фонд оплатил часть реабилитации.

— Фонд Воронцова?

— Городской фонд.

— Который он курирует.

Мама поправляет пояс халата.

— Деньги выделяет комиссия.

— Ты знала, что он мэр?

— Знала.

— И не сказала мне?

— Ты бы отказалась возвращаться.

Это правда, и от этого обида становится сильнее.

— Мам, я вложила в «Фиалку» все деньги.

— Потому и не сказала. Ты хотела открыть кондитерскую дома. Здесь клиенты, знакомые, хорошее помещение. Роман не владеет городом.

— Иногда он об этом забывает.

— А ты?

— Что я?

— Ты тоже не владеешь прошлым, Верочка. Оно существует отдельно от твоего желания.

— Мне завтра рано вставать.

Поднимаюсь из-за стола.

— Он так и не женился, — тихо произносит мама.

— Знаю.

— Сам сказал?

— Да.

— Значит, хотел, чтобы ты знала.

— Это ничего не меняет.

— Меняет. Ты двенадцать лет думала, что он выбрал Кристину.

Я отворачиваюсь к раковине.

— В ту ночь он её выбрал.

— На одну ночь.

— Одной хватило.

Мама больше ничего не говорит.

В субботу я приезжаю в «Фиалку» в девять утра и остаюсь до позднего вечера. Даша уходит в восемь. Я закрываю дверь, включаю музыку и сажусь проверять договор с новым инженером.

В половине одиннадцатого слышу странный звук.

Сначала принимаю его за шум холодильника. Затем из подсобки доносится сильный удар.

Бегу туда.

Под раковиной сорвало соединение. Вода бьёт из трубы, заливает пол и быстро добирается до коробок с упаковкой. Перекрывающий вентиль прокручивается в пальцах.

— Только этого мне не хватало.

Бросаю телефон на полку, вытаскиваю коробки и ставлю их на стол. Вода уже течёт в цех.

Звоню в аварийную службу. Диспетчер принимает адрес и сообщает, что бригада будет в течение часа.

— Через час у меня затопит весь этаж!

— Все машины на вызовах.

— Где общий вентиль?

— В подвале. Доступ у управляющей компании.

Управляющая компания трубку не берёт.

Я стаскиваю туфли, подворачиваю брюки и собираю воду шваброй, хотя понимаю бессмысленность занятия. Напор сильный. Картонные коробки размокают. Поток подбирается к двери цеха, где стоит упаковка с новыми формами.

В дверь кондитерской стучат.

— Закрыто! — кричу я. — Авария!

Стук повторяется.

Потом кто-то дёргает ручку.

Хватаю телефон и иду в зал. За стеклом вижу высокую мужскую фигуру в тёмном пальто.

Роман.

Открываю дверь.

Он смотрит на мои босые ноги, мокрые брюки и воду, которая уже добралась до середины зала.

— Где прорвало?

— Что вы здесь делаете?

— Спасаю твою кондитерскую. К подвалу есть второй вход?